– И что случилось потом?

– Детали не важны, но я начал искать пропавших людей по обычной схеме, как одолжение другу, только это оказалось не совсем обычно. Это большой, Теннер. Крупнейший рынок торговли людьми.

Все это имеет смысл, но . . .
– Я по-прежнему не понимаю, какое отношение к этому имеет Бен.

Барклай колеблется. Он смотрит на свои руки, на секунду, и я замечаю, что он закусывает щеку изнутри. Я никогда не видела его таким взволнованным, как сейчас.

– Скажи мне, - говорю я, хотя и боюсь услышать это.

Затем он смотрит с жалостью на лице.
– Кто-то с уникальными способностями-например, возможностью открывать порталы и путешествовать через вселенные мог бы легче обойти строгие правила межгалактических путешествий установленных АИ. (*агенство интерверс)

Мой разум подходит к логическому завершению, но моему сердцу нужна минута, чтобы наверстать упущенное. Потому что я не хочу верить, что это возможно.
– Бен не может быть подозреваемым. Он..

– Ты знаешь, что Бен может делать,- говорит Барклай - Он главный подозреваемый.

– Но он дома.

Барклай качает головой.
– Теннер, Бен не был в своем родном мире, на протяжении почти трех месяцев.

05:17:09:58

Я не могу дышать. На минуту, я не уверена из-за чего больше расстроилась - из-за того, что АИ подозревает Бена в торговле людьми или что он не дома, и он не вернулся ко мне. Где же он? Вся причина, почему он не остался здесь, это потому что я велела ему идти домой, к своей семье.

– Послушай, я знаю, что Бен не ?несет ответственность за это. Вот почему мне нужна твоя помощь,- добавляет Барклай.

Что заставляет меня вспомнить, что я знаю АИ и понимаю, что если Бен является главным подозреваемым, они, наверное, собрали команду для расстрела на месте, и я фокусируюсь на этом.

– Бен никогда не сделает ничего подобного, - говорю я.
– Вы знаете его достаточно для этого.

Барклай кивает.
– Я так и говорил, но никто из моего начальства не стал слушать.

– Что тебе от меня нужно? Показания или что?
– спрашиваю я. Дав показания, я не могу рассчитывать на многое, но я знаю Бена. Я знаю его лучше, чем кто-либо другой. Я знаю, что это за человек, ошибки, которые он сделал, и то, что он сделал, чтобы исправить их.

Барклай качает головой, и что-то в его лице говорит мне, что его план более опасен, и может быть, даже меньше законен чем-то вроде дачи показаний.
– Мне нужно, чтобы ты помогла мне найти его.

Я чуть не рассмеялась.
– Если он не дома и не здесь, у меня нет других идей. У вас есть ресурсы, которые я даже не могу себе представить. Каким образом я могу помочь? Кроме того, посмотри вокруг себя? Мой мир пытается восстановиться. Мне нужно быть здесь.

Он качает головой.
– Я уже не по делу.

– Что ты имеешь в виду?

– Именно то, что и сказал.- Барклай вздыхает.
– Я был отстранен от дела, потому что у меня слишком много связей. Они думают, что я лично связан с этим, поскольку я знаю всех игроков, участвующие в этом.

Он не должен говорить, что думает, что это чушь. Я знаю, что он делает, и он прав. Конечно, он вел дело, которое закончилось с участием Бена, а Бен стал мишенью в этом деле, и если он подозревается теперь, любое агентство захочет иметь агента, который знал подозреваемого, чтобы помочь.

Агенты отстраняются по одной причине: когда они становятся обузой.

Барклаю, похоже, не нравился Бен - раз он решил не стрелять в него, по крайней мере-но раньше у него не было никаких реальных связей с ним. Если Бен сделал что-то неправильно, Барклай не стесняясь делал то, что нужно. Это то качество в нем, которое я на самом деле уважаю.

Тогда возникает вопрос: кто думает, что он ответственен за это и почему?

– А что Эрик?
– Говорю я. Эрик Брандт другой агент АИ и напарник Барклая.
– Ты сказал, что он был твоим наставником. Он мог бы поговорить с кем-нибудь.

Барклай качает головой и когда он заговаривает снова, голос его хриплый.
– Эрик мертв.

05:17:04:14

– Что?
– я перестала дышать -Как?

– Официально, это был несчастный случай, - говорит Барклай.
– Он был один дома, принимал душ. Он поскользнулся, упал, потянув занавеску за собой и ударил себя. Занавеска засорила слив и он утонул.

И если я еще не слышала скептицизм в голосе, я видела это на его лице, он добавляет, - Но, это не случайность. Кто-то убил его.