Она не смотрит на него, когда говорит: - Да, я поняла это.

Присущая грусть от того, что вот-вот произойдет, давит на меня, и я делаю глубокий вдох, чтобы попытаться сбалансировать себя. Барклай собирается открыть портал, и эта девушка, которая потеряла все, собирается идти в другую вселенную, где она не будет знать ни души, и она понятия не имеет, чего ожидать - кроме того, если АИ найдет ее, то она фактически труп.

Мне интересно, что происходит в ее сознании, если нет никакого интереса, даже искры от идеи видеть не только другой мир, но и практически окно в прошлое. Напугана ли она. Смотря на нее, видишь только горечь.

– Давайте покончим с этим, - говорит она.

Барклай кладет устройство на землю, но как только он собирается открыть портал, я даю ей шанс.

– Подожди, - говорю я, потянувшись за ней.

Она вздрагивает.

– Ты не должна идти, - говорю я, игнорируя то, как Барклай смотрит на меня.
– Ты могла бы пойти с нами - помочь нам.

– Идти...пойти с тобой?
– она качает головой.
– Почему я должна хотеть сделать это?

– Из-за того, что они с тобой делали.
– они били ее, заставили притвориться, что она еще кто-то, а потом, когда она играла свою роль, они оставили ее гнить в тюремной камере.

Она либо не помнит, либо ей наплевать. Она просто смотрит на меня глазами как у лани, которые я не могу представить на своем лице.

– Ты можешь помочь разрушить их, сделать правильные вещи, которые помогут разоблачить их.

Ее губы превращаются в грустную улыбку.
– Или я могу оказаться в том же месте, где я была полгода назад - или хуже. Лучше бежать сейчас. Может мне повезет и они решат, что я мертва.

Может быть она не знает этого. Я не уверена, почему я не могу отпустить это - почему я не могу просто позволить этому пройти. Но я не могу. У нее есть такая же доля, как любого из нас - может и больше.
– Но если ты бежишь, то никогда не сможешь вернуться домой.

Ее смех резок.
– Куда домой? В Приму? Меня ничего не ждет там.
– я открываю рот, но она не позволяет мне сказать что-нибудь еще.
– Слушай, я не готова умирать. Я буду делать то, что мне нужно - вы делаете то же самое.

С этими словами она поворачивается к Бену.
– Спасибо, что вытащил меня.

Смотрит на меня, но я отвожу взгляд.

Она не смотрит ни на кого из нас, потому что закрывает глаза и шагает в портал, но я не могу отвести взгляд от нее, когда она исчезает.

– Рад, что это, черт возьми, закончилось.
– Элайджа смотрит на меня, его губы превратились в ухмылку.
– Я также рад, что ты - версия, которую мы получили. Кто-то должен был получить назад свои деньги за это.

Я улыбаюсь, но не чувствую этого.

02:05:44:22

Когда мы пройдем в портал, то собираемся прямо в главный офис центра обработки.

Прежде чем Барклай открывает портал, он хватает меня за руку.
– Не задерживай дыхание.

Я киваю и перемещаю руку на пистолет. Я думаю об охраннике, которого я убила. Тогда я напоминаю себе, что другого выхода не было, что в течение двух дней и пяти часов мы все можем быть мертвы. Открывается портал и Барклай проходит. Я следую сразу за ним, подняв пистолет и пытаясь нормально дышать.

Жестко-холодный воздух хлещет мои легкие, но потом становится теплым - слишком теплым, и я чувствую, что я дышу огнем, но не позволяю себе напрягаться.

И затем мы там.

Я расслабляю колени и позволяю им немного согнуться, чтобы не споткнуться. Описание Бена верно: есть шесть парней, болтающихся перед компьютерными мониторами в центре обработки, который является большим круглым офисом со стеклянными стенами, которые показывают шесть более низких уровней тюрьмы. Они все испуганны и хватаются за оружие.

– Руки за головой, - кричит Барклай.
– Ложись на землю!

Я навожу свое оружие на парня, который выглядит так, будто он тут главный, крупный грузный парень в футболке и брюках-карго, поскольку Бен и Элайджа прошли через портал после меня, оружие поднято и наведено через их спины к окну - точно так же, как Барклай проинструктировал.

Моя хватка на пистолете расслаблена, руки слегка согнуты в локтях. Предохранитель уже выключен, а мой палец на спусковом курке. Биение моего сердца эхом отдается напротив барабанных перепонок. Я не обращаю внимание на звуки вокруг нас, как будто я на стрельбище - как будто мужчины передо мной это цели. По опыту знаю, что если я выстрелю десять раз, все десять из них станут роковыми.

Их было не больше, чем нас, но они безоружны, и видимо это сыграло. Все шесть парней нехотя поднимают руки, некоторые из них более неуверенно, чем другие. Барклай движется к первому, и я с фланга на всякий случай, если парень попытается сделать что-то глупое.

Но он не делает. Он позволяет Барклаю стянуть свои руки за спиной и опустить ничком на землю, что Барклай повторяет с каждым парнем в комнате. Я следую за ним, держа свой пистолет, направленный прямо на их головы. Я говорю спокойно и объясняю каждому, что, если он сделает неверный шаг, то я всажу пулю ему между глаз.