Сесиль говорила, что Рене Адамс работала с компьютерами где-то в центре, но согласно ее начального файла, который мы нашли, она работала над сортировкой временных рабочих мест в течение дня, а большинство остального времени проводила дома за компьютером.

В разные времена работала в крупных компаниях - тех, что с большими базами данных и информацией, которая потенциально может стоит что-то. Если бы я не была связана или лежащей на полу, то я искала бы, подавали ли те компании когда-нибудь иски об украденной информации. Я изучила бы банковские счета Рене Адамс и видела бы, какие крупные вклады были проведены.

Я наблюдаю как она делает что-то в компьютере и слышу, как кто-то говорит, - Как вы по возможности собираетесь разрешить это?
– и я стараюсь игнорировать тот факт, что узнаю этот голос где угодно.

Это может напрягать, но я не удивлюсь, если Рене Адамс кто-то вроде компьютерного хакера.

Более важный вопрос, конечно, в том, какую работу она делает для губернатора.

Но я не успеваю спросить, потому что она была права. Кто-то идет.

Сейчас они здесь.

00:08:55:26

Это Меридиан, сама губернатор, двое ее телохранителей и заместитель директора Райан Стразински.

Я нажимаю шариковой ручкой на свои оковы, но это провод, а не веревка, и ручка не сделает ничего. Я засовываю ее в свой рукав. Это все еще может быть единственным оружием, которое у меня будет.

Через тяжелые веки я отслеживаю движения Меридиана и губернатора. На основе расположения - телохранители находятся по бокам от ее, а злой Страз отстает от них - они одни ответственные.

Они все еще спорят.
– Позаботьтесь о девушке, а я разберусь с Тейлором, - говорит губернатор.

– Я могу использовать ее. Она достаточно красива - в ней ничего особенного - но все же. Кто-нибудь заплатит сколько-то за нее. Вот этот...
– он пинает ногу Барклая.
– Он будет просто неприятностью.

Горло сжимается, когда я понимаю, что именно они обсуждают.

Что делать с нами.

В частности, должны ли они убить нас. Если мои варианты смерть или рабство, я не уверена, за какой из них я проголосовала бы.

Они оба неприемлемы. Я не готова умереть - я обещала моему Стразу, что вернусь домой к моей семье. И я конечно не собираюсь отправляться в какой-то другой мир, где моя свобода будет вырвана из меня любым способом, который лучше всего сработает.

Я пытаюсь немного пошевелить руками в наручниках. Проволока впивается в мои запястья, но я имею некоторую свободу действий. У меня маленькие руки - если я смогу сжать их, сделать их немного меньше, возможно, я смогу выскользнуть одной из них.

– Я могу контролировать его.
– губернатор смеется.
– Он такой же, как Райан, умен, амбициозен и голоден. Мы просто должны выяснить, чего он хочет.

– Ты проделал такую превосходную работу до сих пор, - говорит Меридиан.

Следует пауза, и они должно быть ожидают решения злого близнеца Страза, потому что он говорит: - Не смотри на меня.
– его голос слабый, сухой и уставший.
– Просто делай то, что собирался сделать.

Меридиан смеется. Это не маниакальный злой смех или что-то такое, но это холод, как будто он смеется потому что должен, а не потому что он понимает юмор. Я дрожу и сильнее сосредотачиваюсь на наручниках. Я стараюсь сначала достать свою левую руку - провода, несомненно, порежут ее в нескольких местах, но это освободит мою правую руку - рука просто нужна мне невредимой.

– Ты разыгрываешь невинную карту так хорошо, - говорит Меридиан.
– Особенно для кого-то, экспериментирующего на детях.

– Я никогда не говорил, что был невинен, - говорит заместитель директора, смирение в его голосе выходит как позор.

– Достаточно.
– губернатор пересекает комнату, подходя к Рене Адамс и компьютеру.
– Тейлор не был проблемой, пока не встретил ее. Девушка плохо влияет на него. Просто убейте ее, а с ним я разберусь.

Тишина.

Я желаю сесть и назвать это чушью. Сказать ей, что я была простым нормальным школьником подростком с плохим отношением, пока Барклай не появился - что именно Барклай пришел в мой мир и попросил у меня помощи.Я даже не хочу быть здесь, в этом дурацком мире с его нелепыми небоскребами и людьми, которые проводят свою жизнь в ста футах над землей, будто они лучше, чем все, кто под ними.

Но я остаюсь неподвижной и позволяю своему негодованию обернуться вокруг меня - позволяют ему стабилизировать мои руки и, тем не менее, мое тело. Я держусь за него так, что это держит мой страх на расстоянии.

Как плохо ни было бы рабство, но я оставалась бы живой.

Молчание затягивается. Ни один из мужчин в комнате не озвучивает каких-либо протестов, как будто все аргументы закончились.

А почему бы не протестовать? Меридиан может подумать, что это пустая трата - убить меня, особенно если он может получить определенную сумму денег за меня в качестве раба, но не было доказательств, что я не буду всегда слабой и он, вероятно, уже получил достаточно денег.