На долю секунды, я рассуждаю, стоит ли мне передвигаться, проверить мои путы, проанализировать, где мы находимся и, возможно, рассказать то, с чем я пришла, или просто полежать здесь. Второй вариант гораздо более привлекательный для моей больной головы. Это также кажется безопаснее. Я меньше рискую попасть под удар снова, меньше шансов получить прямой выстрел, меньше шансов привлечь к себе внимание.

Но что получу в итоге?

Что бы ни случилось, я, вероятно, буду в конечном итоге в том же месте.

Мертвой.

Я немного смещаюсь и поворачиваю лицо в сторону, так у меня есть обзор на комнату. Я еще не готова погибнуть в бою. Через мое нечеткое зрение, мне удалось разглядеть книжные полки, прикрепленные к стене. Позади меня стол. В другом конце комнаты есть дверь. Она частично открыта, и девушка - вероятно, моего возраста или немного старше, с каштановыми волосами, сидит за столом, перед высокотехнологичным компьютером. Ее нос с горбинкой и половина ее лица это черный и синий с относительно свежими синяками. Она выглядит так, будто либо получила с лету мячом или кулаком в лицо. Я не должна быть слишком творческой, чтобы предположить последнее.

Рядом с моими ногами еще один парень,который связан, в сознании и сидит прислонившись спиной к стене. Его избили довольно сильно - его лицо покрыто кровью, засохшей и свежей. Он фыркает, пуская брызги крови из носа, и я понимаю, что это Барклай. Он не совсем близко ко мне, чтобы прикоснуться к нему.

– Это ваша работа, чтобы справиться с этим, вы оба, - говорит мужской голос. Я думаю, что это Меридиан, но я не совсем уверена.

Я не могу видеть его - или любого из людей, говорящих с ним вполголоса. Если мне не повредили уши, то они должны быть как минимум в комнате подальше от нас, потому что я могу слышать их, только когда их голоса поднимаются.

Девушка за компьютером смотрит на меня. Наши глаза встречаются, и она знает, что я очнулась.

00:09:01:21

Она смотрит на дверь и снова на меня. Она думает - пытается принять решение о чем-то. Я вижу это на ее лице, как ее губы прижимаются друг к другу. Я просто не знаю, что она задумала.

Мой пульс ускоряется. Он чувствуется будто стучит прямо в ухе напротив ковра. Я смотрю на Барклая, чтобы увидеть, смогу ли я привлечь его внимание, но он закрыл глаза. Он либо в отключке, либо ему слишком больно, чтобы сосредоточиться.

Девушка встает из-за своего стола и движется к двери, разделяющей наши комнаты. Она в джинсах и белом свитере. Если бы у нее не было синяков, она бы выглядела так нормально. Это заставляет меня задаться вопросом, что она здесь делает. Как она была втянута в это.

Она медлит и смотрит на дверь в коридор - в направлении откуда слышны голоса.

Никого нет в поле зрения.

Она мчится к моей стороне, кладя свои руки под мое плечо и бедро, поворачивая меня немного - как раз таким образом, что у меня есть лучший вид на то, что происходит, а затем она прикладывает шариковую ручку к моим рукам.
– У меня нет больше ничего, - шепчет она, ее внимание все еще на дверном проеме.

– Сколько их там?
– я не уверена, что могу действительно что-то сделать с ручкой, особенно если я все еще обездвижена, но если я собираюсь сделать что-нибудь, мне нужно знать как много.

– Прямо сейчас?
– говорит она, кусая губы.
– У них всегда есть четверо парней, которые вроде Секретная служба или что-то такое. Губернатор и ее муж, я имею в виду. Сегодня вечером ее кузина здесь. У него было несколько человек с ним, но он отослал их. Хотя они наверняка вернутся. И затем появился этот новый парень.

– Поэтому в лучшем случае их восемь, - говорю я. Не хорошие шансы.
– В худшем случае, может быть, двенадцать?

Она кивает.

– Где мы?

Ее голова наклоняется чуть, и она говорит, - Дом губернатора Ворс.

Я уже догадываюсь о многом.
– Нет, я имею в виду планировку дома, где мы?
– наш лучший шанс, возможно, попытаться сбежать, пока они думают, мы все еще в нокауте.

– Второй этаж, - шепчет она.
– Возле задней части дома.

Не то, что я хотела услышать. В состоянии, в котором мы находимся, мы трое не сможем спрыгнуть со второго этажа и потом встать и побежать, и мы, очевидно, слишком далеко от двери.

– Я думаю, что они идут, - говорит она, и как встает, ее левая рука движется мимо моего лица. Она носит золотое кольцо на безымянном пальце, и она потеряла большую часть ногтя на большом пальце.

Слова срываются с моих губ прежде, чем я слишком много думаю об этом.
– Как тебя зовут?

Она оглядывается и улыбается.
– Рене, - говорит она, а затем проходит через дверной проем и обратно к своему столу, глядя в компьютер.

Каштановые волосы, чуть больше двадцати, половина ногтя и порванная простынь месте происшествия, Рене.