Джек целенаправленно шел куда-то, иногда замедляясь, чтобы я смогла успеть за ним и не упасть лицом в пол.

Мимо нас проходили мужчины в смокингах, и каждый безуспешно пытался привлечь внимание Джека или обменяться приветствиями. Но он игнорировал их так, словно их вообще не существовало. Мы подошли к лифту и молчаливо ждали. Когда он приехал, Джек положил руку на мою оголенную спину, побуждая меня зайти. Э лектрический заряд, которого я не чувствовала с тех пор, как вернулась с Гавайев, снова прошёл сквозь меня. Он вставил ключ в панель управления, и я увидела, как он нажал кнопку пентхауса.

Двери лифта открылись прямо в апартаменты. Джек попытался провести нас внутрь, но мои ноги словно вросли в пол. Я всё ещё не смотрела на него.

— Где мы? — прошептала я, нуждаясь в кое-чём увериться.

— В моих апартаментах. Я тут живу.

Он стоял позади меня и ждал. Д вери лифта были открыты. Он не принуждал меня зайти внутрь, и я нерешительно шагнула вперед, выйдя из лифта сама.

Я стояла практически у дверей, когда они закрылись за мной. У меня кружилась голова, и я была в замешательстве после всего, что случилось. Отец Джека — мистер Хестон?!

Джек явно был в не курсе, что я буду выступать на встрече. Значит, то, что его отец меня нанял, было просто совпадением? Почему-то я так не думала. И почему Джек так зол? Я чувствовала себя пешкой в игре, на которую не соглашалась.

В конечном счете, Джек обошёл меня и прошёл в помещение. Я подняла голову, чтобы посмотреть, куда он идет, и увидела, что он вошел в огромную открытую кухню. Он прислонился к кухонному шкафчику, заложив руки за шею. Я ненавидела себя за то, что не могла перестать думать о том, насколько он красив в своем смокинге. Его широкие плечи обтягивал черный пиджак, и я знала, что под ним скрывается сильное мускулистое тело, до которого мне захотелось прикоснуться.

Спустя пару минут молчания, он взглянул на меня. Его пронзительные зеленые глаза смотрели мне прямо в сердце. Он изучал мое лицо, а я его.

— Ты знала, что он мой отец?

— Нет, — сказала я практически шепотом. — Разве твоя спутница не будет тебя искать?

— Я привёл её только, чтобы побесить отца, и всё, — в его голосе слышалось сожаление.

Он сделал глубокий вдох и изучал меня еще с минуту. Я наблюдала за тем, как внутренняя борьба отражалась на его лице. Он был зол, и его что-то мучило. Затем он подошел ко мне и взял на руки. Я позволила ему это. Никто из нас не сказал ни слова, когда он понес меня в спальню и положил на кровать.

Когда Джек навис надо мной, его лицо все еще было злым и напряженным. Я тоже была злая и хотела сказать, чтобы он отвалил, а также спросить, почему он не пытался со мной связаться за эти три недели. Но каждый нерв в моем теле был оголен наперекор мозгу. Мне хотелось спросить, скучал ли он по мне так же сильно, как я по нему, но я боялась услышать ответ.

Я не могла больше выдержать его пристального взгляда и понимала, что вот-вот сломаюсь. Все мои эмоции разом свалились на меня: гнев, обида, замешательство. И самое худшее то, что вид этого великолепного мужчины завел меня. Я отвернулась, как только первая слеза стекла по моему лицу. Мне вдруг захотелось сбежать от него, сбежать и спрятаться, чтобы он не видел меня такой. Но как только я повернула свою голову, он тоже повернулся и его рот накрыл мой. Это не было нежным поцелуем. Э то было по ощущениям так, словно газ встретился с огнем. Излияние всех сдерживаемых эмоций в одном зверском, жестком, глубоком и неистовом поцелуе. Каким-то образом нам удалось снять друг с друга одежду, ни разу не оторвавшись. Как только мои руки коснулись его обнаженной спины, все мои мысли улетучились, кроме одной — чувствовать его внутри себя.

Я провела ногтями по его горячей гладкой спине, сильно впиваясь в неё, чтобы доставить ему боль. Я не знаю почему, но мне нужно было, чтобы он почувствовал меня, мою боль и наслаждение. У меня никогда не было желания доставить боль другому человеку, но я ничего не могла с собой поделать.

Я почувствовала, как его рот напрягся, когда я царапала его спину. В ответ он прикусил мою губу. Боль мгновенно послала удовольствие в мой пульсирующий клитор.

Он перевернул нас, и я оказалась сверху. Я втянула его губу и укусила. Я была так поглощена поцелуем, что не заметила его приближающейся руки. Его большая рука с сильным громким шлепком ударила меня по ягодицам. От жгучей боли мои глаза заслезились, но мое тело моментально отреагировало. Я находилась на грани оргазма, и мне до боли нужно было почувствовать его внутри себя. Я потерлась своим набухшим клитором о его длинный твердый член, отчаянно нуждаясь в этом. Я попыталась дотянуться и взять его в руку, чтобы вставить в себя. Н о Джек схватил меня за запястья и снова перевернул так, что он снова был наверху.

Он прижал мои руки к кровати, и его рот жадно накрыл мой сосок. Он начал ласкать его своим языком, а затем прикусил, возбуждая еще больше мой и так набухший клитор.

В ответ на это я застонала и попыталась ухватиться за Джека, но он так сильно удерживал меня, что я не могла пошевелить руками.

Он проскользил языком до моего второго соска, повторяя ту же пытку. Он начал прикусывать его, а затем сильно втянул в себя.

Он не отпускал меня до тех пор, пока мое дыхание не сбилось, и я не начала гореть.

Потом он зарылся головой в мою шею и вошел в меня без предварительного разогрева. Я ахнула. Это было так сильно и глубоко, но все-таки недостаточно. Я хотела больше. Мне нужно ещё больше. Он практически полностью вытащил свой член, затем снова сильно в меня ударился так, что его шары бились об мои ягодицы. Я отчаянно нуждалась в большем и приподняла бедра ему навстречу, но он всем телом прижал меня обратно. Он врезался в меня снова и снова, пока с наших тел не начал стекать пот, и мы оба не начали ловить ртом воздух.