Было три часа ночи.

— Король в опасности… Король при смерти!

В замке туда и сюда носились огни, осветились все окна, и люди передавали друг другу эти слова. Жители замка разом проснулись и ждали, чем кончится кризис.

Лишь покои Франциска I были пусты.

Только Бассиньяк и Сансак, за которым бросился камердинер, вошли в королевский кабинет. Они отнесли государя на постель, раздели, и Бассиньяк стремглав бросился за придворным хирургом. Хирурга тщетно искали повсюду и наконец нашли в покоях дофина Генриха. Там собралась большая толпа.

Монтгомери стоял в первых рядах придворных, бросившихся приветствовать восходящее солнце, и тихонько рассказывал дофину что-то, видимо, чрезвычайно интересное: Генрих слушал с великим вниманием.

Бассиньяк увидел хирурга возле окна, растолкал толпу… Подойдя к окну, он увидел, что хирург беседует с госпожой Дианой де Пуатье. Что она могла ему говорить?

Не обращая внимания на этикет, Бассиньяк потащил хирурга за рукав.

— Что такое, Бассиньяк? — спросила Диана.

— Король серьезно занемог, мадам — разве вы не знаете? — ответил камердинер.

— О, Господи! Надо же сообщить его высочеству! — воскликнула Диана и тут же отошла, со значением посмотрев на хирурга.

Тот пошел за Бассиньяком.

Камердинер снова бросился бегом и при выходе столкнулся с Жарнаком. Тот взвыл от боли и выругался. Бассиньяку было не до того — он не остановился.

Но остановился хирург.

— Этот болван вас толкнул? — спросил он.

— Да, чертова сила, так и горит…

— Понятно. Скоро я осмотрю ваше плечо. Лишь бы компресс не свалился…

И хирург бросился догонять Бассиньяка.

Жарнак, войдя в гостиную дофина, направился прямо к Диане де Пуатье.

— Как ваше плечо? — спросила она.

— Ничего… Правда, тот бешеный, что, пользуясь темнотой, всадил этот удар, железа не пожалел. Ничего, черт возьми, я возьму свое, как только догадаюсь, с кем имел дело. Но теперь о другом… Сейчас, после перевязки, я пошел на место, где повстречался с тем сумасшедшим, надеясь напасть на его след, и взял фонарь. Знаете, что я там нашел в траве?

— Что же?

Жарнак подал ей сложенный листок бумаги.

— Я имел любопытство распечатать его. Прочтите — увидите, что это и впрямь любопытно.

Диана де Пуатье развернула письмо и перечитала несколько раз.

— Что скажете? — спросил Жарнак.

— Там видно будет, — ответила Диана. — Скоро хирург принесет ответ. Смотря по ответу, письмо или пригодится, или нет. Но в любом случае находка недурная.

Франциск I стонал на своей большой парадной постели. Мысль о смерти доросла в нем до чего-то чудовищного. Но ему все не удавалось угасить страсть, бродившую в теле. Слова, которые у него вырывались, говорили, что происходит с его душой и телом:

— Умереть бы в руках Жилет… вместе с ней… Как страшно умирать молодым! Но я умру, задушив ее поцелуями…

— Государь, государь! Прочь эти мысли!

— Глаза мои, глаза! Так и горят! Так и жжет огнем! А ее поцелуи этот огонь остудили бы…

— Выпейте, государь, — сказал хирург и поднес королю успокоительное.

Король с жадностью выпил и схватил хирурга за руку.

— Ах, это вы! — воскликнул он. — А где Рабле? Я хочу, чтобы ко мне прислали Рабле!

— Моего знаменитого собрата нет в замке, но я пытаюсь его заменить, насколько позволяют мои скромные знания…

— Да-да, вы тоже ученый…

Король взмахом руки отослал Бассиньяка.

— Королю лучше! — объявил хирург.

Бассиньяк поторопился выйти, чтобы всем передать эту новость, заранее радуясь смятению всех царедворцев.

— И ты выйди, Сансак, — дружелюбно велел Франциск.

Сансак краем глаза посмотрел на хирурга.

— Его Величество перенесли тяжелый кризис, — объяснил тот. — Кризис дошел до высшей точки, а теперь постепенно ослабевает. Я ручаюсь, что Его Величество будет жить, если ему будет угодно следовать моим предписаниям.

— Боже, спаси Его Величество! — прошептал Сансак, и этот железный человек вышел со слезами на глазах. Ведь он, деля забавы и труды короля, глубоко к нему привязался…

Король повернулся к хирургу.

— Скажите мне, как я, — сказал он довольно строго.

— Состояние Вашего Величества не внушает опасений.

— А я вам говорю, что обречен! Мне жить осталось, быть может, месяца три… только зачем?

— У Вашего Величества крепкое сложение. Под действием успокаивающих и очищающих трав кровь может восстановиться…