— Ты пришел, чтобы вызвать меня на поединок? — осторожно спросил Нэка Тил. — Неужели ты забыл закон империи: младшие вожди Безоружного не могут сражаться друг с другом?

— Они не имеют права сражаться за власть друг над другом, за лидерство, — отозвался Нэк. — Нет, я не забыл это. Но империи больше нет, и вместе с ней ушли все ее законы и договоры.

— Империя существует до тех пор, пока мы не узнаем о том, что Безоружный умер — а убить его не так-то просто. Ты должен об этом знать, если видел его хоть раз в кругу. Кроме того, жив закон круга, и он будет жить до тех пор, пока существует моя дружина.

— Твоя дружина странствует, и закон круга немедленно забывается в том месте, которое она покидает.

Однако Нэк почувствовал уважение к убежденности опытного вождя.

— Я пришел не для того, чтобы вызывать тебя и требовать сразиться со мной, потому что я дал слово не пользоваться своим оружием во время исполнения этой миссии. Если в твоей дружине есть воины, которые сомневаются в моей способности обращаться с клинком, я буду рад противостоять им — но не ради подчинения или убийства, а только для того, чтобы продемонстрировать свое умение, без пролития крови. А пришел я к тебе потому, что хочу просить тебя оказать мне одну услугу, мне и, возможно, всему народу кочевников.

Тил улыбнулся:

— Я готов оказать тебе любую услугу и без выяснения отношений в кругу, на любых условиях, даже отчасти унизительных, потому что ты и я были товарищами лучших дней. Если моя служба пойдет на пользу народу кочевников, я буду этому только рад. Что ты хочешь от меня?

— Ты должен отправиться к ненормальным.

Тил рассмеялся.

— Тем не менее это так, — продолжал настаивать на своем Нэк, вспомнив слова Сола, произнесенные тем некогда в ответ усомнившемуся в его правоте. С тех пор, со дня поединка Нэка с Солом Любое Оружие прошло очень много времени, ужасно много — почти половина жизни обычного воина.

Уловив настойчивость в голосе Нэка, Тил внимательно посмотрел ему в глаза:

— Я слышал — конечно, это могли быть только слухи, — что ты был ранен в стычке с бандитами.

— И не раз.

— Я говорю о том, когда это случилось впервые. Им удалось одолеть тебя, только навалившись всем скопом и пригрозив ружьем, а потом тебе отрубили руки.

Нэк опустил глаза вниз на свои закрытые длинными рукавами конечности и хмуро кивнул.

— Я также слышал, что тебе тем не менее удалось им каким-то образом отомстить…

— Они убили мою жену.

— Она была ненормальной?

— Да, это так.

— И теперь ты снова выполняешь их просьбу?

Рука-меч Нэка дрогнула и чуть приподнялась:

— Ты пытаешься оскорбить мою жену?

— Ни в коем случае, — поспешно возразил Тил. — Я только лишь хотел отметить, что ты обладаешь опытом, которого нет у меня, и что у тебя должны быть серьезные причины, если ты взялся за такое дело.

Нэк пожал плечами.

— Я пойду к ненормальным, — сказал Тил. — И если я не посчитаю нужным там остаться, то вернусь к моей дружине.

— Это меня устраивает.

— Есть ли у тебя ко мне какие-нибудь другие просьбы? — довольно сухо спросил Тил.

— Может быть, ты знаешь, где сейчас находится Безоружный?

Тил был удивлен, но искусно скрыл свои эмоции.

— Он ушел от нас пять лет назад. Сомневаюсь, что он сейчас находится в пределах страны ненормальных.

— В таком случае, где его жена?

— Она мой гость. Если хочешь, я отведу тебя к ней.

— Я был бы тебе очень благодарен.

Тил поднялся в полный рост — статный, еще привлекательный мужчина — настоящий лидер.

— Теперь, если у тебя больше нет ко мне других дел, я хотел попросить тебя войти со мной в круг. Давай покажем моим воинам искусство настоящего фехтовального боя старых времен. Без крови, без всяких условий.

Настала пора Нэку улыбнуться. При таких условиях ничто не мешало ему сразиться в кругу. Сколько воды утекло с тех пор когда он последний раз фехтовал вот так, ради собственного удовольствия, подчиняясь законам круга и империи.

И Нэк насладился поединком. Никто не мог сказать наверняка, кто из них, он или Тил, был искусней и в чем именно, потому что техника Нэка была оригинальной и, как и было условлено, они бились не всерьез. Но мастерство Тила, вокруг которого, казалось, витал дух Сола Любое Оружие, было высочайшим, и спектакль, который они с Нэком разыграли, заставил большую часть воинов дружины, преимущественно молодежь, замереть и следить за развитием событий, раскрыв рты. Финты и контрфинты, выпады и ответные удары, стойки защитные и атакующие; солнце блестит на кружащейся живой стали, и звон встречающихся друг с другом клинков разносится эхом под небесами.

Когда они закончили, уже почти обессилев, воины, расположившиеся вокруг места поединка на корточках — ряды и круги вооруженных разносортным оружием мужчин, — остались сидеть на своих местах, завороженно храня молчание.

— Я говорил вам о Соле, — громко сказал Тил, обращаясь к своим людям. — Рассказывал также о Торе и о Нэке. Теперь вы своими глазами видели Нэка, хотя у него больше нет рук. Вот такой была наша империя.

Внезапно Нэк почувствовал, что краснеет, чего не случалось с ним уже много лет — Тил публично похвалил его. И так же внезапно он ощутил тоску по временам империи, по тому хорошему, что было в те дни в чести. И его решимость довести свое дело до конца, невзирая на все барьеры, возведенные ненормальными, еще больше окрепла.