Сола постарела. Нэк помнил ее редкостной красавицей, свирепой, но обладающей феноменальной сексуальной притягательностью, способной свести с ума любого одинокого мужчину, да и не одинокого тоже. Теперь ее лицо было покрыто морщинами, а некогда стройное тело сгорбилось. Длинные черные волосы Солы больше не спадали волнами ей на плечи и спину, а лежали кое-как, космами, сплошь перепутанные. Нэк с трудом мог поверить в то, что эта женщина была лишь на два или три года его старше.

— Это Нэк Меч, — представил его Тил и оставил их наедине.

— Если бы он не назвал твое имя, я тебя не узнала бы, — заметила Сола. — Ты сильно постарел. Хотя ты моложе меня. Где сейчас тот робкий молодой воин с волшебным мечом и золотым голосом?

И это было сказано после того, как он подумал о ней почти то же самое! Вот уж действительно, каждый видит мир по-своему!

— Скажи мне, жив ли еще Безоружный?

— Боюсь, что он умер. Но так или иначе, он все равно не вернулся бы ко мне, несмотря на то, что я его жена.

Нэк был удивлен:

— А к кому же он вернулся бы в таком случае?

— К другой своей женщине. К своей жене из подземного мира.

Удивлению Нэка не было предела:

— Ты знаешь о Геликоне?

— Я знаю только то, что мой муж напал на Гору потому, что там внутри была она. Она носит его браслет и его имя.

— Она жива?

— Я не знаю. Кто знает, остался ли вообще жив хоть кто-то из них — после того как в Гору пришел огонь.

— Остался, — отозвался Нэк и быстро поправился, — так говорят.

Но Сола уловила перемену в его голосе. Жена Повелителя никогда не была глупой, ведь она учила воинов цифрам и счету.

— Если была возможность спастись, она должна была ею воспользоваться. Я уверена в этом. Разыщи ее, скажи этой женщине, что я хочу встретиться с ней. Спроси ее… спроси ее о моем ребенке…

Нэк ждал, но Сола только тихо плакала.

— Ты должна отправиться к ненормальным, — сказал он наконец.

— А почему бы и нет? У меня больше нет ничего, для чего стоило бы жить.

— Это женщина, жена Безоружного, какое имя она носила?

— Его прежнее имя — Сос. Имя, которым могла бы называться и я, не будь глупой девчонкой, ослепленной властью. К тому времени, когда он стал по-настоящему моим, у него уже не было имени, которое я могла бы взять себе.

— Значит, ее зовут Соса? Может быть, она знает что-нибудь о Безоружном?

— Если он жив, она сейчас с ним. Но моя дочь… узнай, что с ней…

Неожиданно Нэку показалось, что он понял, о чем идет речь.

— Ты говоришь о своем ребенке, рожденном от Сола? О его дочери, вместе с которой он ушел к Горе?

— Да, — ответила Сола.

Нэк подумал о бренных останках, которые он выметал из коридоров подземного обиталища. Некоторые из них принадлежали детям — подросткам и совсем маленьким. Но из подземного мира имелось несколько тайных выходов, вроде того, которым воспользовался в свое время Дик Врач. И кроме того, Нэк обнаружил там несколько совершенно не затронутых огнем помещений и большое число туннелей с рельсами и вагонами на них. Нескольким взрослым подземным жителям удалось избежать огня, возможно, даже большому их числу, поскольку никто не знал, сколько всего народа жило в недрах Горы. Среди них могли быть и дети…

— Я хочу назвать тебе еще одно имя, — сказала Сола. — Вар — Вар Палка.

Нэк с трудом припомнил, что когда-то давно уже слышал это имя — оно принадлежало неизменному спутнику и помощнику Безоружного, который исчез одновременно с Повелителем.

— Он знает, где можно найти Безоружного?

— Он должен это знать, — возбужденно ответила Сола. — Мой муж был ему как отец. Вар был бесплоден, так же как и он.

Откуда она может знать такие вещи? — удивился Нэк. Но потом он вспомнил о слухах, которые вились вокруг этой женщины, и то, как она тайком прокрадывалась в палатку Соса в лагере в порченых землях, чему он сам был свидетель. Все это навело Нэка на еще более удивительные мысли.

— Я постараюсь разыскать Сосу, — сказал он. — И Вара Палку тоже.

— И мою дочь — Соли. Ей, должно быть, сейчас уже тринадцать, почти четырнадцать. У нее темные волосы. Сама она… — Сола задумалась. — Ты помнишь, какой я была когда-то?

— Да.

Лет пятнадцать назад Нэк не раз мучился ночи напролет — тело Солы стояло у него перед глазами.

— Думаю, она похожа на меня.

Тогда Соли должна быть красавицей. Нэк кивнул:

— Если я найду их, то пошлю к ненормальным. Если они еще живы, конечно.

— Я буду ждать там.

По лицу Солы снова потекли слезы — непонятно почему. Возможно, причиной тому было горе старой женщины, которая почти точно знает, что никогда больше снова не увидит ни своего мужа, ни своей дочери; которая боится даже думать о том, что их обугленные останки могут быть похоронены под громадой Горы Смерти.

В течение последующих нескольких месяцев Дик Врач разыскал много беженцев из числа ненормальных. У всех них без исключения были странные, непривычные для уха кочевника имена. Это были всевозможные Джоны, Чарльзы и Роберты, поголовно хилые, старые и определенно неспособные к кочевой жизни, что делало еще более удивительным, как они ухитрились протянуть столько. Часть из них происходила из Геликона; другие были ненормальными, обслуживающими хижины на местах и теперь, после крушения цивилизации, оказавшиеся отрезанными друг от друга. Дик что-то говорил каждому из этих людей, после чего свет надежды озарял их грустные лица, и они соглашались идти за Нэком — к все более и более усиливающемуся раздражению последнего. Теперь ему приходилось добывать пропитание для целой оравы нахлебников, а также защищать их от бандитов, потому что не один ненормальный не мог позаботиться о себе в лесу и тем более, найти дорогу к поселению доктора Джонса самостоятельно. Человек, не имеющий рук, как нянька ухаживал за целым выводком немощных стариков!