— Дозиметристы?

— Разведка ведется.

— Подождем.

От подъезда, помахивая папкой, к ним шел человек.

— Пропустить?

— Пусть подойдет. Контролировать полностью.

Комбриг что-то бросил в микрофон. Человек подошел.

— Здравия желаю.

— Взаимно. Кто такой?

— Начальник охраны объекта А-508.

— В чьём ведомстве объект?

— А Вы кто?

— Начальник здешнего управления контрразведки ВМФ. Можете посмотреть на удостоверение.

— Ясно. Подполковник Кузьменко, служба охраны объектов категории «А», вот мое удостоверение. Объект находится в ведомстве Госбезопасности.

— Комбриг, проверьте. Запросите столицу.

— Так что вы, моряки, тут затеяли?

— С бумагами непонятность, подполковник. По моим данным, здесь находится объект М-502 метеослужбы ВВС. А у них такого объекта нет и не было.

За спиной у подполковника предупредительно громко и печально вздохнул непонятно как образовавшийся старший мичман — рост за два метра, вес соответствующий, человек-гора, одно слово.

— Повторяю, здесь объект госбезопасности. Я занимаюсь его внешней охраной и требую…

— Товарищ генерал, подполковник Кузьменко действительно руководит охраной объекта М-502 ВВС!

— Я не понимаю!

— Подполковник, в связи с неясной ситуацией…

Вздохнуло что-то. Так кит вздыхает — только куда тише. Офицеры подняли головы — и увидели, как из окон под антенной вырвалось неяркое пламя.

— Так… Продолжаю. Вынужден, подполковник, Вас задержать.

— Есть.

Как и в прошлый раз, многого не нашли. Как и в прошлый раз, в самый последний момент их опередили — или вычислили. Скорее всего — последнее, поскольку по всем данным, на объекте не было ни одного специалиста. Только охрана, которая, как водится, ничегошеньки не знала. А это вполне нормальная ситуация между прочим: что знала, например, охрана полигона за пару часов до взрыва первой ядерной бомбы? А ничего особенного. Неизвестный объект, который надо охранять. Имеются военные и гражданские лица, некоторые известны по портретам. А чем занимаются — кто его знает! Наверное, оружием. А может — и нет.

Достав свой комп, Мирон напечатал, зашифровал и отправил очередные сообщения и приказы.

Дальше поработать ему не удалось. Потому, что ТАКОГО в природе не бывало.

В кресле напротив него сидел пацан. Бледный — таково было первое впечатление. С широким шрамом через весь лоб — второе. А третье было совсем уже нехорошим: под руками пацана лежала закрытая папка с грифом "Сов. секретно. Служба безопасности ЮЗФ".

Говоря откровенно, особой ценности пустая папка не представляла. Было неплохо известно, что частенько сотрудники жгут только их содержимое, а папки используют для самых разных целей. Например, держат их за задним стеклом машины — неплохая, кстати, профилактика угона. Не всякий полезет.

— Это еще что такое? — довольно сдержанно спросил Мирон.

— Я не что, а кто. Саша Волков, — очень спокойно ответил пацан. — А еще я — твой конец.

— Не зеленый что-то, — вспомнил старый анекдот Мирон.

— Не зеленый. Но все же готовься.

— К чему это?

— К неприятностям.

— Уже готов.

И нажал кнопку связи с пилотской кабиной. Поскольку в последние несколько суток спать шефу безопасности удавалось совсем немного, в возможность галлюцинаций он верил вполне. Теперь ему предстояло проверить это.

— Командир корабля Иван Тучкин.

— Зайдите ко мне в салон, чаю выпьем?

Никаким нарушением правил тут и не пахло. Подобное происходило не так уж и редко, второй пилот справлялся без всяких проблем, а истории о чаепитиях с высшим руководством страны только поднимали авторитет пилотам "Авиаотряда-ноль".

— С удовольствием, Мирон Павлинович. Через пять минут.

— Добро.

Мирон начал священнодействовать с заварным чайником — чай, чуть душицы, чуть мяты… Почему-то он еще не согрелся после промозглого Андреевска.