Нет, Эйрин. Мы не будем предпринимать ничего, кроме того, что нам указано. Мы отправим послание Иволейне и будем наблюдать за Тревисом. Это все. А вот как нам сказать Грейс? Спокойной ночи, сестра. Тебе нужно выспаться.

Но Лирит мало спала, и когда засыпала, ей снилось, что она подталкивает Тревиса Уайлдера к клубку в Паутине жизни, а в это время мужчина и женщина кричали. Мужчиной, конечно, был Бельтан. Он любит Тревиса. Сначала Лирит думала, что женщина Грейс, потом увидела, что у нее золотистые глаза. Прежде чем она смогла рассмотреть внимательнее, нити сомкнулись вокруг Тревиса, затягивая— его в центр клубка, и через мгновение он исчез. Клубок продолжал расти, поглощая все, включая саму Лирит.

Сейчас, где-то позади, она услышала голоса. Морниши начинали просыпаться. Скоро все будут на ногах. Лирит обернулась.

— Здравствуй, бешала, — произнес Сарет, его темные золотые глаза светились в нежном свете зари.

Лирит взяла в руку амулет. Любые слова, которые она могла бы сказать, не имели значения. Наверху пронзительно закричали чайки.

Вчера вечером, в темноте, она смогла забыть о его красоте. Но теперь, увидев его, почувствовала слабость. Взгляд ее скользнул по деревянной ноге. Лицо Сарета потемнело, и он отвел деревянную ногу назад.

Лирит в ужасе подняла глаза. Она не хотела заставить Сарета прятать изуродованную ногу. Эта нога была его частью, как и красивые руки, и бородка. Она принимала его таким, какой он есть. Лирит снова попыталась заговорить, но не смогла.

Это глупо, сестра. Скажи ему. Сказки о своих чувствах!

— Старуха говорит, что он приносит удачу, — промолвил Сарет низким мелодичным голосом.

Лирит смущенно наклонила голову. Он показывал на амулет, который она все еще держала. Лирит разжала руку.

— Правда? Не думаю, что когда-нибудь эти штуки помогали.

Прошлой ночью Вани рассказала, как скирати использовали волшебных золотых пауков, чтобы их ядом убивать неугодных. Так они убили Орсита. И она видела их в своих снах…

Ей показалось, что он угадал ее мысли.

— Нет. Не позволяй деяниям скирати влиять на то, во что ты веришь. Это просто злая шутка о том, что маги скирати используют пауков, чтобы творить зло. Ведь в Моринду пауков считали священными. И мой народ также высоко почитает их. В наших легендах они — ткачи, которые соединяют мир воедино.

Лирит вздохнула:

— Мы думали, что Сиф стоит за убийствами, потому что нашли одного из пауков там, где был убит жрец Орсит. Но это было лишь совпадение, не так ли?

— Возможно, хотя и не совсем. Я полагаю, скирати просто нашли возможность сбить с правильного пути тех, кто искал убийц.

Лирит кивнула, но ей хотелось говорить вовсе не о пауках.

— Я слышала… — Ее голос дрогнул, и она облизнула губы. — Я слышала, будто морниши не заключают браков с людьми, не принадлежащими к их клану.

Замерев, Сарет смотрел куда-то вдаль, мимо нее.

— То, что ты слышала, — правда.

Эти слова вызвали у Лирит почти физическую боль. Она отвернулась, чтобы скрыть выражение своего лица.

— Я понимаю.

Но, возможно, дело в другом. Кто она такая, чтобы мечтать о замужестве с Саретом? Она вспомнила сон, в котором Сарет превратился в камень у нее в руках. Разве ее сон уже не сбылся?

Она услышала шорох позади себя. До ее обоняния донесся запах мужского пота и степных трав. В горле пересохло.

— Вешала, — прошептал Сарет. Она закрыла глаза.

— Ты все время говоришь это слово, но я не знаю его. Что оно означает?

— На языке моего народа оно значит «возлюбленная». У Лирит перехватило дыхание.

— Нет, не может быть! Я помню, так ты назвал меня в Ар-Толоре, — произнесла она.

В его глазах была печаль. — — Да. — Но…

— Какой морниш не узнает своей судьбы, если увидит ее? Вешала.

Они стояли как деревья, слегка покачиваясь на ветру, а чайки взывали к ним сверху. Потом медленно, сопротивляясь порывам ветра, потянулись друг к другу.

— Лирит! Так вот ты где!

Она отскочила назад, обернулась. Грейс и Тревис направлялись к ним. Лирит почувствовала, как ее щеки зарделись, Сарет поспешно отошел.

Даже если Грейс или Тревис заметили что-то, они ничего не сказали.

Тут нечего замечать, сестрица. Ты слышала его слова. Какова бы ни была его судьба, он не может жениться на чужой. И ты знаешь, какая у тебя судьба. Ворон…

— Мелия проснулась, — сказал Тревис. — Она хочет, чтобы мы собрались все вместе. Сейчас.