Идиллия продолжалась не так долго, как мне хотелось бы, а затем я осознал всю тяжесть своего поступка. Просто погребённый под лавиной «Что?», «Как?» и «Почему?», я не то что бы отвечать, выслушивать их не успевал! А поток, если судить по разгоравшимся и засверкавшим глазам Хины, ещё только набирал обороты!

Поняв, что ещё немного и осколки моей головы, просто взорвавшейся от закипевшего мозга, украсят палубу флагмана Чёрного Герцогства, я, перебрав несколько способов перекрыть фонтан, выбрал, может не самый безопасный, но уж наверняка самый приятный. Поймав нарезавшую круги вокруг меня эльфиечку за рукав, чего она, увлечённая расспросами, никак не ожидала, я привлёк её к себе, и крепко поцеловал.

Я уже говорил про глаза на пол лица? Забудьте. Вот теперь они стали действительно огромными. Хина вцепилась в меня руками изо всех сил, и я не знал, что она сделает в следующую секунду, но вот её веки дрогнули и закрылись, пальцы расслабились и девушка обмякла. Сначала робко, а затем всё уверенней и уверенней начала мне отвечать.

Не знаю, сколько мы простоял на палубе, я просто наслаждался мягкими и вкусными губками эльфийской красавицы. Лишь нехватка воздуха заставила нас оторваться друг от друга. И судя по тому, как она тут же потянулась следом, девочку это ничуть не устраивало. Затем, её малиновые очи вновь распахнулись. Хина замерла, и немного придя в себя, уткнулась мне лбом в грудь. Я гладил малышку по волосам и спине, чувствуя как быстро, бьётся её сердце, в уме подбирая правильные слова.

Нет, не оправдания. Я не хотел говорить, что это случайность или ошибка. Девочка мне для этого слишком нравилась. Но и обманывать её, давая ложные надежды, я не собирался. Мне предстояло возвращение на родину, которая находилась в другом мире. И хоть я сам заговорил про Гладь, и пусть там у меня не было той, которую я мог назвать любимой, меня ждало нечто не менее важное, чем чувства.

Присяга. Я всё ещё оставался солдатом армии РФ, и потому обещать Хине, что непременно останусь с ней, здесь или у нас на Земле — я не мог. Равно как и дать слово, что её будет хорошо в моем мире, или мне дадут возможность взять её с собой.

Но все мои потуги направить судно красноречия в гавань понимания, обходя знаменитые рифы «Поматросил и бросил!» и «Все вы мужики такие, сначала пообещаете, а потом…», разбились о безжалостные скалы женской логики. Успокоившаяся, и пригревшаяся в моих объятиях эльфиечка, вдруг ловко выкрутилась, и, впечатав мне оглушительную, эхом прокатившуюся по волнам пощёчину, исчезла в трюме, гордо вскинув носик и взмахнув на прощанье каскадом своих нежно-розовых волос.

Должен признать, что этот, чисто женский, удар был поставлен неё как надо. Щека горела, и в ближайшей надраенной как водиться, до зеркального блеска железяке, я отчётливо рассмотрел почти мультяшный красный отпечаток хрупкой девичьей пятерни.

«М-да. И вот как это понимать?»

Забивать себе буйную головушку вывертами женской психологии я не стал, зато отметил, что от навалившейся депрессии осталось и следа. Всё равно ведь ничего не пойму и дело тут не в том, что Хина эльф или иномирянка. Как мне кажется, в любых временах, измерениях и у рас, мозг у женщин всегда будет работать «поперёк» мужского. Хорошо это или плохо? Не знаю. Они просто другие, а нам, мужикам, остаётся их лишь…

А ведь кто-то недавно бил себя пяткой в грудь, дескать, с местными ни-ни. Я не мой отец и вообще домой надо. То да сё… А теперь что изменилось? Не — ну что-то конечно да изменилось… Поняв, что глупо рассуждать на тему женских поступков и тем более их логики, когда сам ещё не разобрался в своих мыслях и чувствах и вообще не уверен что обладаешь хотя бы крохами здравого смысла, я заставил себя вообще выкинуть все подобные мысли из головы.

Хина права в одном — жизнь продолжается и нечего тут рефлексировать, будто я институтка, которую соблазнили и бросили! Я сержант морской пехоты Российской Федерации, и не абы какой, а севастопольской приписки. Настоящий «Чёрный Бушлат» и должен поступать соответствующе! Вот приеду домой — поговорю с матерью, выслушаю её аргументы, и потом уже буду думать и действовать. А пока — нечего тут обиженку из себя строить.

Да и с самой эльфиечкой. Я же собирался ей сказать про свою службу и так далее. Вот так и нужно поступить. А потом уж сама решает, будет меня ждать или нет. Она свободный, взрослый человек… точнее эльф. Вот пусть тоже принимает ответственные решения. Нечего на мужика потом пенять… хотя если подумать. А что её мои пару десятков лет — она ж долгожитель!

Приняв решение и наметив общий план действий, я застыл на мгновение, всё ещё чувствуя нежность губ Хины. А затем встрепенулся и с неподдельным интересом, огляделся вокруг.

Из порта Селуна мы вышли на флагмане Чёрного Герцогства «Чёрном Левиафане». На мой вопрос, мол, а если бы герцогство было, ну там «Синим», Танька объяснила мне, что таки да, цвет в названии корабля заменяет собой земной порт приписки. А ещё «цветовую дифференциацию штанов» имеют герцогские рода и их рыцари. Последние, при посвящении получают, так называемое, «рыцарское имя», содержащее цвет сюзерена, и раскрывающее его личность. А так же намекающее на магические способности, если, конечно, данный рыцарь закончил Академию Магии. А то и на личные прегрешения.

Припомнив, что Кравчик именовал себя Алеющим Благоверным, я прихвастнул знакомством, после чего отпаивал дико ржущую девушку цветочным вином. Как оказалось Благоверный — это проявление солдатского юмора, который, как известно, неистребим в любом мужском коллективе. Это прозвище было из тех, что являлись «постыдными». То бишь, отражали какое-то прегрешение владельца. В частности Амадеуш оказался бабником, причём был пойман за яйки другим рыцарем на обещании, жениться на поруганной девушке, которое не исполнил. Всё это мне поведала сестрёнка, когда пришла в себя. И пообещала научить толкованию различных имён этого мира, которые, как и гербы в геральдике, тоже подчинялись определённым законам.