– О, да, - сказала мне Райаннэн, по тонким светлым волосам которой из-за жара огня стекал пот, - мы целый год бешено их сшивали. Мать шила, я шила, Риз шил. Риз просто помешался на том, чтобы закончить прежде, чем увидит какой-нибудь жрец.

Оболочка, как называлось безумное лоскутное одеяло, заполнялась так долго, что Венда перед тем, как встать рядом с якорем и приготовиться отцепить его от склона, вполне успела обойти и обнять нас всех. Брэн раздражал Риза, нависая над маленьким рычагом, с помощью которого бесколесная повозка поднималась в воздух, под лодку.

– Не пора ли переключить его? – постоянно спрашивал он. – Только скажи, сын.

– Еще нет! – постоянно огрызался Риз. – Не трать чары.

Тетя Бекк раздражала всех, снова и снова повторяя:

– Поторопитесь. Давайте отправляться.

Даже Финн, весь красный и взмокший, оскалился на нее:

– Не могли бы вы прекратить шуметь, Мудрая, в противном случае я могу нечаянно отправить Зеленого Привета поклевать вас.

Но наконец, который наступил нескоро, лавина лоскутов надулась в громадный шар и поднялась со склона, паря над лодкой.

– Продолжайте качать! – крикнул Риз Айвару и Ого – оба выглядели так, точно готовы испустить дух, – а потом крикнул родителям: - Рычаг, папа, сейчас! Якорь, мама. О. Во имя Галлиса, шевелитесь, оба!

Думаю, Венда и Брэн ждали так долго, что, когда время наступило, они едва могли поверить. Но они тряхнули головами и выполнили свою часть работы, в то время как Риз забирал якорь и сворачивал веревку на боку лодки.

И невероятно, но мы поднялись со склона и полетели по воздуху.

Некоторое время мы двигались по-настоящему быстро. В мгновение ока Венда и Брэн из людей нормального размера, машущих нам на прощание, превратились в крошечных далеких кукол. Мы поднимались выше и выше и в следующее мгновение оказались в золотом рассветном небе с острыми скалами внизу. Затем мы уже плыли высоко-высоко над зеленым склоном, двигаясь к волнистой береговой линии, очерченной белизной. А потом оказались над морем. Риз позволил мальчикам перестать качать, и они рухнули на скрипучие плетеные стенки.

Я вцепилась в веревку, пристально вглядываясь в потрясающий вид Галлиса, представшего в виде туманного полумесяца, тянущегося далеко на юг – сплошные голубые вершины гор и зеленые или золотые равнины. Потом стало слишком много тумана, чтобы увидеть хоть что-то, а внизу осталась лишь вода. Море с высоты выглядит странно однородным. Я видела его как серую массу с белой рябью, находящей одна на другую, будто узор на накидке. Оно было ужасно пустым. Я посмотрела вперед, заинтересовавшись, где находится Логра. На горизонте не было ничего, кроме тумана.

Райаннэн оказалась права. Наверху было холодно. Айвар и Ого завернулись в свои накидки. Все остальные, кроме Финна и тети Бекк, надели пальто. Финн весело сообщил, что на Бернике привык и к худшему. Тетя Бекк заявила, что Скарр – гораздо холоднее. Мы засмеялись. Все были поразительно счастливы. Страшила лежал у меня в ногах и мурлыкал. Зеленый Привет взлетел на веревку, где и повис боком, оглядываясь вокруг. Блодред повела себя еще более предприимчиво. По голове Риза она вскарабкалась на другую веревку и продолжила взбираться наружу по тугому лоскутному одеялу, пока мы не потеряли ее из виду.

– С ней всё будет хорошо? – обеспокоенно спросила Райаннэн.

– Надеюсь, - ответил Риз, столь же обеспокоенно вытягивая шею. – Обычно она вполне благоразумна.

Мы плыли уже около часа (хотя казалось, будто мы стоим неподвижно в воздухе), когда что-то пошло не так.

– Море кажется очень близким, - произнес Ого.

Он был прав. Посмотрев вниз, я увидела, как волны вздымаются и разбиваются в белые брызги. Теперь больше невозможно было разглядеть четкие узоры. Просто серая, яростная вода, простирающаяся до далекого горизонта. Риз, который скармливал огню очередной мешок угля, подпрыгнул и посмотрел.

– Галлис! Мы слишком низко! Айвар, Ого, начинайте качать.

Он поспешно прицепил к мехам еще две деревянные педали и начал яростно топтать одну из них.

– Мы утонем? – спросил Айвар, пробираясь к ближайшей педали.

– Не должны, - ответил Риз. – Не с бесколесной повозкой под нами. Финн, не могли бы вы тоже покачать, пожалуйста?

Они четверо принялись усиленно качать, пыхтящие и с красными лицами. Огонь заревел и сменил цвет с голубоватого на красный, а потом – на желто-белый. А море всё приближалось. Вскоре я уже слышала шум разбивающихся волн. Соленые брызги попадали внутрь и на наши лица. Тетя Бекк спокойно облизала губы, но я запаниковала.