Мира пришла только минут через пять, когда телохранители уже были доведены до ручки, а Рино потихоньку начал зеленеть - не то от зависти, не то от сдерживаемого смеха. Ее появление, как обычно, мгновенно расставило все на свои места. Охранники рассредоточились по помещению, Его Высочество прервал свою прочувствованную речь и вежливо поздоровался, а асессор выдохнул и вернулся к нормальному цвету лица.

– Ты в порядке?
– первым делом поинтересовалась жрица.

Я утвердительно пискнула из своего кресла, куда меня запихали сразу же по завершению диалога с принцем. Видимо, высокая спинка, массивные подлокотники и стратегически важное расположение в самом темном, максимально отдаленном от дверей и окон углу подкупили госпожу Алливи мгновенно и безоговорочно, и любые мои попытки переместиться безжалостно пресекались.

– Своих агентов в Канаиле у Ирейи нет, так что я подключил королевский спецкорпус, - коротко отчитался Рино.
– Но им нужны подробности. Для начала - хотя бы имя и адрес, но предположения, почему твоей безопасностью шантажируют твою мать, а не Его Высочество, тоже будут очень кстати.

Вот тут я уже не удержалась и мрачно хмыкнула. Кажется, ответом на вопросы Рино было одно только мамино имя. А если спецкорпусу вдруг все-таки покажется мало - можно еще и папино присовокупить.

– София Гирджилл, - вздохнула я и даже дисциплинированно начала припоминать адрес родительского офиса, но по вытянувшимся физиономиям присутствующих поняла, что это уже лишнее.

– Твою мать… - с чувством начал Рино, но вовремя спохватился.

– Та самая София Гирджилл?
– уточнила Мира, азартно подскочив в кресле.
– Личный врач семей Айгор и Морвейн?

– Не то чтобы личный, - я устало покачала головой.
– У моих родителей частная практика в Канаиле. Но в столицу маму с папой тоже иногда вызывают. Они, разумеется, никогда не отказывают.

Я замолчала и встретилась взглядом с Третьим. Он каким-то образом ухитрялся сохранять совершенно спокойное выражение лица, хотя думал наверняка о том же самом.

Именно мою маму собирались вызвать в Шитонг, как только вопрос о разводе Их Высочеств дойдет до суда. Разумеется, отсутствие беременности у леди Джиллиан очевидно, но заключение врача все равно потребуется. Такие доводы, как отсутствие фамильного проклятия, суд воспринимает крайне неохотно.

Но вряд ли кто-то из заговорщиков знал о беременности принцессы. Да и генетическую экспертизу еще в позапрошлом столетии изобрели… А значит, никто особо не опасался, что с расторжением брака по обоюдному желанию сторон могут возникнуть какие-либо трудности.

Тогда чего хотели добиться от мамы, шантажируя ее моей безопасностью?

– Лет десять назад, - медленно сказала я, - мне отказались вживлять сенсоры. Первый случай за всю историю сенсорной связи. Об этом даже в газете писали. А вот о том, что я уехала от родителей и начала курс гипосенсибилизации - нет. Равно как и о том, что имплантации я все-таки добилась, хоть и совсем недавно. Я хочу сказать, кто бы это ни был этот чертов шантажист, у него нет доступа ни к архиву вживленных камарилловых имплантатов, ни к данным полицейских участков, ни к единому диспетчерскому центру. Иначе он учел бы, что мама, не дозвонившись мне по телефону, первым делом активирует сенсоры. Зато ему откуда-то известно, что происходит непосредственно в посольстве. И нахальства этому паршивцу не занимать.

Его Высочество повернулся к Рино. Асессор кивнул, не дожидаясь приказов и пояснений, и молча вышел из комнаты. Третий же глубоко вздохнул, болезненно выпрямившись в своем кресле, опустил расслабленные руки на подлокотники - и я пришла к выводу, что мне уже заранее не нравится то, что он собирается сказать.

– Я знаю, кто стоит за шантажом, - спокойно сообщил Его Высочество.
– Но, пока это дело официально касается только граждан Иринеи и не проходит по ведомству Ордена Королевы, для ареста нам нужны доказательства. Я считаю, что самый простой способ гарантированно их получить - позволить злоумышленнику считать, что все идет по плану. Он не станет причинять вреда твоим родителям, поскольку ему что-то от них нужно, а до тебя не сумеет добраться.

– Другими словами, ты решил использовать в качестве наживки еще и мою маму!
– я едва не задохнулась от возмущения.

В его лице не дрогнула ни единая черточка.

– За госпожой Гирджилл будет установлено круглосуточное наблюдение. Как только шантажист изложит свои требования, его арестуют.

– Еще скажи, что риска никакого нет!
– рыкнула я.

– Предложи другой вариант, - терпеливо ответил Его Высочество.

Я с шипением выпустила воздух сквозь сжатые зубы.

Он прав. Можно издевательски похохотать над горе-шантажистом и отказаться выполнять его требования - и что тогда? Вряд ли заговорщик тотчас же раскается и оставит свои цели. Скорее всего, он просто найдет придворного целителя с менее твердыми принципами (или более прочными семейными узами), а мама исчезнет быстро и бесследно, как вторая “ласточка”.

А вот если разыграть трагедию перепуганной женщины, у которой пропала единственная дочь, вероятно, удастся не только поймать шантажиста на горячем, но и выяснить, с какой целью был затеян весь этот фарс.

– Для начала, - я медленно вздохнула, с усилием успокаиваясь, - было бы очень мило с твоей стороны уточнить у мамы, согласна ли она принять участие в спектакле.

– Разумеется, - кивнул Его Высочество и, извинившись, откинулся на спинку кресла. Спустя мгновение его лицо застыло отрешенной каменной маской - как это обычно бывает у людей, активировавших сенсорную связь.