Но прощать женщину, из-за которой Его Высочество изменил своей сиятельной супруге, ди Гаттри не собирался. Он по-прежнему хотел меня убить. Даже нашел отличный яд, выключивший дежурных лучше любого удара тупым предметом по голове, и бесследно растворившийся уже к приезду внушительных господ под командованием хмурого заместителя Рино.

Гейл все просчитал: и что Его Высочество задержится, и что преданный напарник Таррет сумеет разбить автофлакс так, чтобы принц угодил в больницу, и что все врачи окрест немедля рванут спасать жизнь третьего наследника престола Ирейи… но не учел, что лорд асессор в приступе трудоголической ломки (или просто от обострения общей паранойи) оставил дверь своего бокса приоткрытой - и расслышал писк в диспетчерской.

Леди Анделл безмолвным изваянием застыла у двери. Принцесса молча стояла, положив ладонь на крышку инкубатора. Тот заговорщически подмигивал ей ярко-зеленым индикатором температуры и давления.

Она ведь винит во всем себя, неожиданно сообразила я. Ее Высочество уверена, что должна была заметить недвусмысленный интерес агента гораздо раньше - до того, как он перерос в маниакальную идею заполучить в личное пользование младшую дочь семьи, которую поклялся защищать.

Леди Джиллиан считала, что виновата и в том, что ее бывший муж до сих пор не может встать после аварии, и в том, что его ребенок будет расти в инкубаторе, а ее собственный - мертв. В том, что Рино ранен, и в том, что медицинская капсула со всем персоналом застрянет на Иринее на долгие тридцать восемь недель. И даже в том, что я не могу обвинить ее во всем этом вслух.

Но главное… когда она попалась с любовником, миллиарды людей затаили дыхание. Обойдется ли? Проглотит ли Ирейя такое оскорбление? И если нет - то во что выльется ее месть?

Тысячи внезапно расторгнутых договоренностей, сорванных сделок. Миллионы испуганных - не за себя - матерей. Приведенные в повышенную боевую готовность космические армады. Сотни вмиг поседевших дипломатов, контактеров, агентов.

Из-за нее.

Из-за того, что она позволила себе быть любимой, счастливой и бездумной. Каких-то пару недель.

И ее не осадить отрезвляющим вопросом: “Не много ли ты на себя берешь?”. Потому что теперь, после развода, леди Джиллиан ди Морвейн - снова четвертая наследница престола Иринеи, и она берет на себя ровно столько, сколько должна.

Черт подери, ей всего лишь двадцать два! Много ли разумных решений я принимала в ее возрасте?! Но… не мне определять меру ответственности для принцессы. Все, что я могу сейчас сделать для леди Джиллиан - отвлечь, не дать ни малейшего повода думать, что я в чем-то ее виню.

Любовь порой принимает омерзительные, пугающие формы. Мне ли не знать?

Я снова потянулась к планшету. Леди Джиллиан обернулась на стук пальцев - и была немедленно огорошена сообщением:

“Есть еще два момента.

Я знаю, что вы не религиозны, да и себя не могу причислить к набожным людям. Но, подозреваю, моему ребенку в жизни понадобится любая помощь, какую только можно получить… словом, вы согласитесь быть его крестной?”

Она молчала, но рука на крышке инкубатора лежала уже иначе. Не робко, изучающе, а как-то покровительственно и даже властно.

А сейчас Ее Высочество еще и прикинет, что приключится с физиономией короля Ирейи, если четвертая принцесса Иринеи открыто выступит на стороне этого ребенка, да от своего имени, а не просто передавая мою просьбу…

О да, от такого хода выиграют все, кроме собственно Его Величества. Леди Джиллиан получит чудесный повод пустить сплетню, что она разрушила собственный брак, потому что не могла видеть, как мучается от своей тайной любви безоглядно обожаемый Безымянный принц. А мы с Третьим и ребенком обретем хоть и призрачную, но поддержку иринейского престола.

После этого королю все-таки придется проглотить наш брак. Что бы он по этому поводу ни думал.

Мой ребенок не будет бастардом.

– А ты знаешь, о чем просить, - не удержавшись, рассмеялась леди Джиллиан.
– Как наверняка знаешь, что я ни за что не откажусь. А какой второй момент?

Я конфисковала у нее планшет и, резко посерьезнев, набрала:

“Его Высочество обещал мне, что позволит мне лично выгрызть печень Темера ри Кавини. Но я тут подумала и пришла к выводу, что после такой кровопотери одной печени мне будет маловато. Уступите мне печенку Гейла?”

Леди Джиллиан сурово поджала губы и отрицательно покачала головой.

– Прости, но в этой просьбе я вынуждена отказать. Его печень и все отрывающиеся части уже обещаны леди Анделл.

А любимая фрейлина принцессы так выразительно оскалилась, что я поняла: просить ее о подобной любезности - попросту бесполезно.

Но за то, что Ее Высочество снова улыбается, она будет выгрызать эту печенку очень медленно и со вкусом.

А потом - всенепременно поделится подробностями.

Эпилог