– Запишите в рекомендации – сосредотачивать огонь более чем двух кораблей по одному противнику запрещается.

– Надвигается шторм, – негромко бросил в пространство каперанг Рунт.

– Шторма не будет, – рубанул в ответ контр-адмирал. – Возвращаемся в Винетту.

Плоты не подбирали. Усилившееся волнение делало рискованными любые шлюпочные маневры. На кораблях чистили орудия, натягивали снесенные пороховыми газами леера, драили палубы. Размеренная повседневная работа.

Немного успокоившись, Винг спустился в салон. Времени у него было много. Вполне достаточно, чтоб набросать короткие тезисы по прошедшим маневрам. Доносившийся до кают-компании перестук поршней машины, плеск волн, гул и шумы механизмов корабля настраивали на рабочий лад. Контр-адмирал до того увлекся работой, что даже не заметил, как в помещение вошел вестовой и поставил на стол стакан отвара шиповника. На корабле уже успели выяснить вкусы и пристрастия их адмирала.

– Благородный бояр, вы успели, – даур Винг жизнерадостно улыбнулся, присаживаясь за столик на веранде. – И это неудивительно. Вся Винетта знает, что эскадра уходит завтра.

– К сожалению, знает не только Винетта. По-видимому, этого нельзя избежать, – собеседник изъяснялся на чистом ронском языке. Судя по произношению, владел он ронским как родным роксоланским.

– Практически невозможно, – кивнул в ответ Винг с совершенно серьезным выражением лица, хотя в уголках его глаз светились веселые искорки. – И был ли смысл?

Дела делами, но он был рад встрече с товарищем. Слишком редко получается видеться с глазу на глаз. Переписка – это не то. За скупыми строчками сообщений и приказов не видно глаз человека.

– Верно. Такая мелочь не стоит затраченных усилий, – собеседник даура Винга, высокий широкоплечий мужчина в традиционной роксоланской темно-синей ферязи с серебряным шитьем, снял замшевую шляпу и пригладил длинный с проседью чуб на бритой голове.

– Не стоит усилий, – задумчиво повторил Аранг Винг. – Не стоило усилий выбрать для встречи не такое открытое место.

В его словах был резон. Ресторан при «Доме Негоциантов» считался признанным местом отдыха и деловых встреч торговой и промышленной элиты Винетты. Нередко здесь бывали и высокородные дауры, из тех, кто мог себе это позволить. Разумеется, прислуга запоминала, записывала и доносила тем, кому надо и кто заплатит, все, что видела и слышала. Такова жизнь. С точки зрения даура Винга, в городе немало куда более тихих мест, где можно встретиться с Координатором, без того чтоб об этом узнали все заинтересованные и не очень лица.

– Смешно, – бояр Живун Стогар нехорошо ухмыльнулся. – Всем давно известно, что у меня очень широкий и не совсем обычный круг знакомств. Опальный наследник древнего рода успешно прожигает жизнь, постоянно вляпывается в рискованные приключения, с блеском выкручивается, не любит сидеть на месте, повидал полмира, одно время даже пробовал себя в качестве военного репортера, интересуется всем, что способно пощекотать нервы и развеять скуку.

– Если нужно приключение с риском для жизни, то ты угадал. Надеюсь, не ищешь попутный броненосец до островов Кос?

– Не надейся. У меня нет времени на колониальную заварушку.

Вместо ответа Аранг Винг молча подцепил вилкой дольку жареного батата, обмакнул в соус и отправил в рот. Однако неплохо. Хорошо готовят, нетопыри сухопутные.

За этот день Винг успел нагулять отменный аппетит. Последние часы до выхода в море – это не шутка. Тащить на своих плечах эскадру – проклятый труд. Пришлось крутиться как белка в колесе и людей гонять, как Неодарх своих рабов. Да что уж говорить, последнюю неделю минуты свободной не выдалось. Даже с супругой и детьми виделся не каждый день, иногда приходилось дневать и ночевать на кораблях эскадры.

Только сейчас, когда официант принес спаржу и батат, Аранг Винг вспомнил, что сегодня еще не даже обедал. А время между тем позднее. Последующие четверть часа адмирал сосредоточенно работал челюстями. Вымоченная в маринаде говядина под луандийским соусом, спаржа, жаренный с грибами батат, черные томаты, немного мидий и молодых осьминогов, сливовый пудинг были восприняты с благосклонностью. Все это великолепие запивалось разбавленным вином и ягодным морсом.

Пока Винг опустошал блюдо за блюдом, бояр Живун медленно потягивал соланское, изредка прихлебывая тыквенный сок из хрустального бокала. С террасы ресторана открывался поистине восхитительный вид на залив. Испещренная мелкими гребешками морская гладь. Треугольники и трапеции парусов на фоне скал мыса Хром. Чайки над волнами. Красота неописуемая. Положительно только ради этого заката стоило приехать в Винетту.

– Объясни, что произошло в Лимбуре? Отчет слишком скуп не позволяет видеть нюансы.

– Жертвоприношение. На алтарь вывели тельцов, которые и окажутся виноватыми в неудачах первых месяцев войны.

– Неплохо. Я так и думал, – роксоланин поставил бокал и развалился в кресле, закинув ногу на ногу. – Твоя работа?

– Нет. Я только воспользовался ситуацией и ушел в тень. Ты же знаешь, не силен я в политике. Больше по технической линии. Перестановка на совести первого министра.

– Даур Лишер? Припоминаю. Встречались в Алании. Довольно интересный человек. Он нам и нужен на своем месте. – Бояр Живун резко наклонился вперед. – А что будет, если эти тельцы справятся с ситуацией и не допустят серьезных поражений?