Грохнул винтовочный залп. Расстояние еще достаточно велико, а потому одиночные выстрелы мало эффективны. А так, вон, несколько всадников и лошадей покатились по земле. Вдогонку прозвучали разрозненные выстрелы. Это штуцерники. Бьют по способности, и как бы свалили не больше, пары сотен винтовок.

Ага. Второй залп пришелся за спины атакующих. Нет, кого-то там вроде как задело, осколками. И до поотставшей пехоты вроде бы долетело. Но Пирогов в том не уверен. Впрочем, ему и разбираться-то в том некогда. Слишком быстро движутся ляхи.

– Батарея-а! Одно кольцо! Четыре мины! Огонь!- Пропуская серию с двумя кольцами дополнительного заряда, приказал он.

Во-от. Давно бы так. Первые мины опять угодили в самый центр. Последующие, из-за движения массы всадников, рвались все глубже в построении. Первые снаряды следующей серии пришлись прямо перед рядами всадников. Остальные словно нанизали на себя атакующих. Хм. Что-то как-то многовато разрывов.

Ага. Теперь ясно. Это Игнат решил помочь. Воспользовался моментом, пока у него тихо, и навел свои минометы на конницу. И как только так удачно подгадал? Едва только те показались из-за рощи, как тут же получили гостинец. Все же молодец парень. К стыду своему Родион должен был признать, что у того получается даже получше, чем у старшего товарища.

Ну да Пирогов никому не попустит. В Замятлино еще в прошлом году школа заработала. Все думал, что оно ему ни к чему. Писать да считать умеет, ну и хватит с него. А оказывается, очень даже может пригодиться. Эвон Игнат, учится этой самой, математике. И сказывает, что там учат не всему, а по особому, отчего потом с минометом управляться проще. И судя по тому как славно у него выходит, наука та не совсем бесполезна.

Впрочем, то дела завтрашних дней. А до того, нужно разобраться с сегодняшними. Без дураков разобраться. Вдумчиво и с толком.

– Батарея-а! Угол шестьдесят девять! Ориентир восемь! Заряд простой! Десять мин! Огонь!

Если ляхи решили, что вот так, за здорово живешь смогут пробиться к позициям батальона, то они сильно просчитались. Это только с виду нет никаких преград. На деле, перед окопами в достатке и волчьих ям, и заостренные колышки вбиты в землю частой гребенкой, и чеснок разбросан. Так что, замедлится конница однозначно.

А там, чуть ближе к позициям, их ожидает еще один сюрприз в виде минного поля. Не сказать, что растяжками усеяно все пространство перед окопами, но гостинцев хватает. А для начала, как только скучатся перед полосой заграждений, по ним отработают мины. Хорошо так, вдумчиво.

Вот же! Умные, с-сук-ки! Ляхи словно почувствовали что-то, осадили лошадей не доехав до полосы заграждения, всего-то несколько сажен. А ничего, так у них полковник. Не глуп. Жаль конечно, что ловушка не сработала. Но зато минометы накрыли ринувшихся в пешую атаку вполне исправно. Да плюсом к этому постоянно трещат винтовочные выстрелы. Оно конечно в дыму цели не особо разберешь, но бесполезным огонь не назвать.

***

Острожский, приостановил коня, и вслушался в гул не такой уж и далекой канонады. Переглянулся с Крыштавом, и другими шляхтичами, оказавшимися поблизости. В их глазах явственно читалось одно и то же. Началось. А еще азартный блеск в глазах и толика сожаления. Их товарищи вот-вот пойду в атаку. И все говорит о том, что бой тот будет славным.

А еще, это сожаление было вызвано тем, что каждый из сражающихся там, имеет возможность заполучить себе знаменитую карповскую винтовку. Это оружие уже давно доказало свою исключительную надежность и высокие боевые качества. Они же, п блажи полковника, катаются по лесам в нескольких верстах от места сражения.

Вот только, в отличии от подчиненных, сам Константин не считал решения Савенка блажью. Мало того, он был более чем уверен, в том, что им еще предстоит поучаствовать в сражении. Как и в том, что кое-кого, а может и многих из его отряда, еще до вечера ждет смерть. Карпов очень серьезный противник, способный преподносить неприятные сюрпризы.Именно ожидая очередной каверзы, полковник и свел две хоругви в один отряд, поставив во главе проверенного, опытного и далеко не глупого ротмистра. И Константин по настоящему гордился оказанным доверием.

Если коротко, то его двум хоругвям, общим числом в три сотни всадников, предстояло подняться по левому берегу на несколько верст вверх по течению Великой. Затем переправиться, и обойдя пригород по дуге, ударить в тыл обороняющимся. К тому времени, если оборона замятлинцев и не будет сломлена, все их силы будут скованы боем, и этот удар будет иметь решительное значение.

Признаться, Острожский, и раньше относился к полковнику с уважением. Но вот эта его предусмотрительность, и самое серьезное восприятие противника, подняло его в глазах шляхтича еще выше. Уж кто-кто, а Карпов заслуживал особого внимания и подхода. И пусть этот маневр с глубоким обходом был ни чем иным как перестраховкой, он не был лишен смысла.

– Господин ротмистр, мы поднялись выше Замятлино уже примерно версты на четыре,- обратился к нему Крыштав.- Река здесь закладывает несколько поворотов, и нашу переправу не обнаружат. А там, во-он по тому гребню, в полуверсте от берега, проходит тракт.

Крыштав не просто участвовал в неудачном набеге на Замятлино, но еще и разведывал пути и подступы к пригороду. Так что, он точно знал, о чем говорит. Правда, в тот раз Отряд переправлялся еще выше по течению. Но тогда это было оправдано, потому что, ротмистр Войнилович рассчитывал на внезапный удар. Сейчас же, там, примерно в восьми верстах пути, уже начался бой, и все решала не столько скрытность, сколько быстрота.