– Ирина, признаться я подумывал отправиться за Урал, и обосноваться на границе с Китаем. Места там богатые рудами. Поставил бы заводы, и стал бы торговать с Поднебесной. Несколько лет, и чтобы меня сковырнуть потребовалась бы настоящая армия. То есть, там я был бы практически в полной безопасности.

– А как же присяга, долг? Как Лиза? Ну не любишь ты ее, и что с того? Ты готов вот так, просто, отдать на растерзание ту, кто любит тебя, и готова без оглядки броситься на твое спасение?

– О чем это ты?- С явным смущением, буркнул Иван.

– О том, что Меньшиков застал вас когда вы целовались,- едва не шипя, выдала Ирина.

Алексашка теперь не видел причин молчать. Ведь как только дело дойдет до Лизы, та непременно станет его обвинять. Поэтому он рассказал о том случае в мастерской. Как и о заступничестве царевны, то есть, теперь великой княгини.

– Я с ней не целовался,- глядя Ирине прямо в глаза, твердо произнес Иван.- Я тогда стоял как истукан, пока она меня целовала, и думал о том, как бы на плаху не угодить.

– Я знаю. Лиза все рассказала Даше, а та написала мне,- примирительным тоном, произнесла Ирина.- Но сути-то это не меняет. Да и Псков, куда предпочтительнее, глухой Сибири.

Действительно предпочтительнее. Ведь, что получается. Николай вовсе не гневается на Ивана. Хотя все выглядит как раз наоборот. Сам Карпов, будет в безопасности, что со стороны Москвы, что со стороны Пскова, и лишь своим присутствием оградит от неприятностей Лизу. Иезуиты? Ну, от этих не укрыться и в Сибири. Они заразы есть даже в Китае. Словом…

– Ну что же, Ирина Васильевна, Псков, значит Псков,- решительно рубанул Иван.

– Вот и договорились,- мило улыбнувшись, ответила ему Великая княгиня.