Последний, заметив прибывших, подозвал их небрежным жестом руки.

– Каменский Дмитрий, - представился он, взглядом приглашая Василия располагаться.
– Прошу подождать минут пять, пока мы закончим с посетителем, который записан перед вами.

Сергей Сергеевич с абсолютно прямой спиной по-референтски присел рядом на краешек белого кожаного дивана, предложил чай или кофе и после получения ответа шепнул в стоящий на журнальном столике селектор:

– Юленька, два чая, пожалуйста, с чабрецом.

Между тем Василий с опаской наблюдал за тем, что происходит вокруг. Он заметил, что напротив в темноте выступает серый силуэт ещё одного высотного здания, тоже с башенкой на вершине, и его охватило странное чувство ужаса, смешанное с дежавю.

Хозяин положения - тот, кто представился Дмитрием Каменским, - говорил своему собеседнику:

– Твоя проблема, Сергей, в том, что ты слишком серьёзно относишься к некоторым вещам. Снижай важность, я тебя прошу, иначе перегоришь в этом жестоком мире.

– Саня, что там у нас по фобиям?
– громко спросил он. Василий заметил, что в ухе у Каменского был прибор, что-то типа беспроводной гарнитуры, по которой он спрашивал кого-то невидимого, скорее всего помощника.

– Высота, очень хорошо!
– сказал он, видимо, повторяя услышанное по гарнитуре.

– Серёга, как ты с такой фобией решил свой бизнес-то двигать?
– обратился Каменский теперь к мужчине.
– Ну ничего, сейчас скорректируем.

6

Человек по имени Сергей нахмурился ещё больше. По нему было видно, что он здесь не добровольный гость.

– Саня, ставим между двумя башнями балку, - скомандовал Каменский в гарнитуру, - да, прямо рядом со мной ставьте.

Где-то вверху мощно вспыхнул прожектор. Загудел поворотный механизм огромного крана, на стреле которого была закреплена длинная стальная балка. Прожектор осветил пространство стоящей рядом башни. Крановщик за пару минут ювелирно ровно установил балку между двумя зданиями.

– Очень часто люди придают излишнюю важность незначительным вещам, - сказал Каменский и прошептал что-то в гарнитуру.

– Ваша фамилия Нютинава, - сказал он.
– Что-то подсказывает, что, несмотря на славянскую внешность, у вас есть связь с такими концепциями, как "Хагакурэ" или бусидо.

Сергей ничего не ответил.

– Ширина балки, по которой вам предстоит перейти пропасть между двумя зданиями, девятнадцать сантиметров. Ветра сейчас нет, поэтому вы легко пройдёте эти тридцать пять метров...
– он выдержал паузу, прокашлялся и продолжил: - Безусловно, очень легко преодолеете, если, конечно, снизите важность происходящего. Вот смотрите, у вас под ногами шов от плиты. Сделайте милость, пройдите по нему, не заступая за края.

Нютинава прошёл метров пять вперёд, потом по-военному развернулся на месте и вернулся на исходную позицию.

– Ну вот, это очень легко, когда идёшь по нарисованной линии и под тобой нет девяностометровой пропасти. Сейчас вам будет предложено повторить это в реальных условиях. В качестве ободрения могу сказать, что балка шире на пять сантиметров линии, по которой вы так уверенно только что прошли.

Нютинава, который до этого с траурным видом внимательно слушал Каменского, возразил:

– Пожалуй, я воздержусь.

В воздухе повисла напряжённая пауза. Каменский что-то прошептал себе под нос и затем сказал вслух:

– Этого я допустить не могу. На правах старшего партнёра настаиваю. Он обернулся к охраннику:

– Мишаня, дай-ка волыну.

Держа пистолет на вытянутой руке, Каменский продолжил:

– Вы не переживайте, не разобьётесь - если оступитесь, я без проблем вас подстрелю.

Василий с ужасом наблюдал, как загнанный в тупик человек пошёл к краю башни.

– Нет-нет, идти надо не от нас, а к нам, - прокричал ему Каменский. Сейчас я дам команду, и вас переправят на противоположную башню.

И действительно уже через минуту Нютинава ступил на подогнанную краном широкую платформу, которая перенесла его на противоположную сторону пропасти - на крышу другой башни. Где-то зазвучало пронзительное соло флейты.

Мощный луч прожектора осветил Нютинаву на противоположном краю пропасти. Он сделал первый шаг на балку, и флейтист стих.

Сергей Сергеевич встал, и Василий последовал его примеру, он увидел, что все, кто был на крыше, включая апатичных тигров на поводках, пристально смотрят вверх.