Шрифт:
– А догадки имеются?
– Неправильно сформулирован вопрос. Я не привык оперировать догадками. Нужно больше информации.
– Ладно. Не догадки, а версии имеются?
– Да.
– Подготовь список.
– Слушаюсь, командир.
Махнув рукой, я отключил телевизор и приступил к трапезе. Загадки подождут. Вот допросит Маркин вождя мутантов, может быть, что-то и прояснится.
Глава 10
Сэм Чу появился на следующий день, усталый и с потухшим взглядом. Видимо, разговор с главным боссом дался ему нелегко. Но раз уж он на своих двоих стоит, значит, смог выкрутиться.
– Собирайся, - он бросил на пол тяжелую сумку.
– Возвращаемся в Браунсвилль.
В сумке оказался комплект одежды, легкие серые брюки, рубашка, костюм и туфли, а так же пара стволов и наплечная кобура.
Молча, я переоделся, вооружился и сказал Сэму:
– Готов.
Ему моя немногословность понравилась и, выдавив из себя усталую улыбку, он сказал:
– Будешь Молчуном. Тебе подойдет, хороший позывной.
– Как скажешь, шеф, - я пожал плечами, и мы покинули квартиру.
В Браунсвилль добрались на вертолете. Приземлились рядом с городом и здесь нас ждали боевики клана Кампино, три десятка отъявленных головорезов из группы силовой поддержки на бронированных джипах. Вместе с нами они въехали в город, и на одной из улиц кортеж был остановлен правительственным спецназом, который, наконец-то, получил приказ действовать. Держались бойцы вежливо и вели себя нейтрально, но сомнений в том, что дальше нас не пропустят, не было.
Сэм позвонил дону Кампино и тот приказал не дергаться.
Как дураки, на виду у половины города, боевики клана сидели в бронированных джипах и ждали дальнейшего развития событий.
Прошло четыре часа, и появились представители графа Алехандро Баскью, три депутата из фракции "Осененные милостью". Они пригласили Сэма в ближайшее кафе, и я был с ним, как телохранитель и доверенное лицо.
Смотрящий и депутаты присели за столик, а я замер за спиной Сэма и прислушался к беседе. Хотя, правильнее сказать, это было нечто среднее между переговорами и выдвижением ультиматума.
– Сэм, ты знаешь, кто устроил резню в городе?
– обратился к Чу один из депутатов, некий Родриго Унгас.
– Да, - смотрящий кивнул.
– Это Вануччи.
– Правильно. Они использовали наемников, которые уже покинули город, и большие люди в правительстве, - депутат поднял вверх указательный палец, - решили, что доны обязаны оставить Браунсвилль в покое. Хватит стрельбы. Война должна закончиться. А иначе всем не поздоровится. Генерал-губернатора наши кровавые разборки уже изрядно утомили, и он решил вмешаться.
– Ну и что теперь?
– Сэм набычился, и посмотрел на депутатов исподлобья.
– Он назначил на пост мэра своего человека и нового начальника жандармерии. В городе введен особый режим. Пока на три месяца. Все прежние контракты на строительство и поставки аннулированы. Будут заключаться новые, с одобрения и под контролем специальной комиссии, которую возглавит граф Алехандро Баскью.
– Короче, вы нас обошли.
Депутат усмехнулся:
– Да.
– И все жирные куски теперь ваши?
– Не все. Наш граф человек не жадный и кое-что вашему клану достанется. Например, строительство дороги "Браунсвилль - Тангар-холл". Но это уже не наш с тобой уровень. Граф Баскью и дон Кампино решат это без нас. Так что разворачивайся, Сэм, и возвращайся в Тангар-холл. Здесь тебе делать больше нечего.
Можно было спорить. А смысл? Клан Вануччи смог добиться поставленной цели и крепко насолить конкуренту. От Сэма теперь ничего не зависело, и смотрящий, теперь уже бывший, смирился. Конечно, он снова позвонил дону и дал полный расклад по ситуации. После чего приказал боевикам покинуть город, а сам еще на некоторое время задержался. Во-первых, следовало договориться о выдаче тел погибших и перевозке павших в бою с вражеским кланом в Тангар-холл. Во-вторых, мы забрали у мулатки в магазине оружие и броню, а заодно неожиданно расщедрившийся Сэм подарил женщине семьсот фунтов. В-третьих, было имущество клана, собранное на разрушенных базах жандармами: автомобили, оружие, документы и личные вещи бойцов. Все это тоже следовало вернуть.
День пролетел незаметно и в Тангар-холле мы оказались поздно ночью. Все на той же съемной квартире. Дон не желал видеть Сэма, и он решил надраться, достал бутылку виски и предложил выпить.
Присели. Разлили по первой. Выпили. Помянули убитых, на которых обоим, что Сэму, что мне, плевать. А затем начался серьезный разговор.
– Короче, Молчун, я в немилости, - сказал Сэм.
– Что будет со мной дальше, не знаю. Браунсвилль уже не вернуть и клан понес огромные потери. По деньгам, скажу тебе по секрету, больше двадцати пяти миллионов, включая взятки, которые дон раздавал чиновникам планетарного правительства. Но главная утрата - люди. Наемников за все время две сотни полегло. Это ничего. Новых наберем. А вот потомственных членов семьи Кампино мне не простят. Сто семнадцать человек, не только боевиков, но и финансистов. Потеря невосполнимая и у каждого погибшего есть родственники, которые будут считать виновным меня и постараются подставить. Только на прежних заслугах и удержался.