– Ты как всегда прав.

Но вместо того, чтобы уйти, Джейн потянулась к нему и провела своей призрачной

рукой по ее волосам - и когда она это сделала, он подумал, что именно поэтому не любит,

когда люди к нему прикасаются.

И это было правдой не только в буквальном смысле.

– Я люблю тебя, - сказала она.
– Мне жаль, что в последнее время мы не так мало

бываем вместе.

– Это неважно.

– Я думаю, что важно.

Вишес протянул руку в перчатке и убрал ее ладонь. Выдавив еще одну улыбку, он

сказал:

– У тебя есть твоя работа. У меня - моя.

– Верно, и это ни к чему не ведет.

Он прекрасно понимал, что она говорила это в ободряющем, наши-отношения-

крепки духе, и кивнув, он также прекрасно понимал, что она воспримет его явное согласие

в таком же ключе.

Однако когда Джейн побрела в их спальню одна, Ви знал, что соглашался с этим

заявлением совсем в другом значении.

И от этого ему должно быть грустно.

Но он ничего не чувствовал.

59

Когда кто-то постучал в дверь Куина, он не собирался вставать с постели, чтобы

ответить ищущему внимания. У него остался еще час до встречи в кабинете Рофа, где ему

скорее всего вставят по первое число - и возможно, вышвырнут из Братства за компанию с

Тором - и он был практически не пригоден ни к чему другому, кроме как умудриться

принять душ и одеться.

Например, не способен к попыткам цивилизованной беседы. Или вообще делать

что-то, помимо дыхания.

Стук стал громче.

Подняв голову и обнажив клыки, он открыл рот, чтобы произнести "отвали-

нахрен..."

Но вместо этого вскочил на ноги.

Ломанувшись вперед, он распахнул дверь так, будто по ту сторону стояли

герлскауты, принимающие заказы на печенье До-си-дос.

Блэй стоял в коридоре и выглядел таким съедобным, что его нужно было признать

вне закона. Тело его было покрыто кожей и оружием - что для Куина было любимым

нарядом парня. Если не считать полной наготы.

https://vk.com/vmrosland

– Не возражаешь, если я войду?

– Да. То есть, нет, дерьмо, прошу. Ага, входи.

Черт, да если бы все прошло более гладко, то напоминало бы губку Брилло116.

Блэй закрыл дверь, и его прекрасные глаза метнулись к колыбелькам.

– Хочешь их увидеть?
– спросил Куин, отступая в сторону, хоть и не стоял на дороге.

– Да, хочу.

Блэй подошел к ним, и хоть он стоял к нему спиной, Куин чувствовал улыбку на его

лице, когда он поприветствовал сначала одного, а потом другого малыша.

Но когда он вновь повернулся, то всем своим видом выражал деловой настрой.

Вот оно, подумал Куин, подходя и садясь на постель. Ответ на всю его оставшуюся

жизнь. И не зная отдельных деталей, он осознавал, что это будет больно.

Блэй полез в свою кожаную куртку.

– Я не хочу этого.

Когда он вытащил подготовленные Сэкстоном документы, Куин почувствовал, как

его сердце упало. Он мало что мог предложить, кроме своих проклятых детей. Если Лирик

и Рэмп не вернут мужчину, ничто уже не вернет...

– Я люблю тебя, - сказал Блэй.
– И я прощаю тебя.

Долю секунды Куин просто не мог расшифровать слова. А потом, когда они

улеглись в голове, он был уверен, что расслышал их неправильно.

– Я скажу это снова. Я люблю тебя... и я тебя прощаю.

Куин вскочил и пересек разделявшее их расстояние быстрее удара молнии. Но

сильная рука остановила его прежде, чем он смог поцеловать парня.

– Подожди, - возразил Блэй.
– Я должен кое-что сказать.

– Что угодно, я на все согласен. Что угодно, вообще все, я в деле.

– Хорошо. Тогда ты помиришься с Лейлой.

Куин сделал шаг назад. Еще один.

Блэй хлопнул ладонью по документам.

– Ты меня слышал. Мне не нужны никакие законные родительские права. Тебе не

нужно устраивать этого показушного дерьма - хотя я оценил проявление чувств, и честно

говоря, это убедило меня, что ты настроен серьезно. Но ты сказал, что сделаешь что

угодно, и я считаю тебя мужчиной слова. Ты не сможешь помириться со мной, пока не