— О? Преподавать что?

— Начальную алгебру, — сказала Кэй, внося в комнату стакан чая для миссис Демарджон. Женщина с благодарностью отпила из него. — Строго говоря, курс в период летней сессии, но я надеюсь на курс основ математики осенью. — Она села рядом с Эваном.

— Это звучит намного выше моего понимания, — сказала миссис Демарджон. — Каждый, кто может с этим справиться, получает мое немедленное уважение. Я видела, как вы въезжали вчера; не было ли с вами маленькой девочки?

— Наша дочь Лори, — сказала Кэй. — Думаю, что она все еще спит.

— Как плохо. Мне бы хотелось как-нибудь увидеть ее. Она показалась мне таким милым очаровательным ребенком. Сколько ей лет?

— Только что исполнилось шесть — в мае, — сказала Кэй.

— Шесть. — Женщина улыбнулась, посмотрела на Кэй, потом на Эвана. Прекрасный возраст. Тогда она будет посещать первый класс в Дугласе в сентябре? Это чудесная школа.

— Миссис Демарджон, — начал Эван, слегка наклонившись вперед.

— Джанет, пожалуйста.

— Ладно, Джанет. Я заметил, что прошлой ночью улица была очень темной. Все ли дома на Мак-Клейн-террас заселены?

— Да. Но большинство людей на Мак-Клейн относятся к тому типу, которые рано ложатся и рано встают. Немного степенные. Понимаете, что я имею в виду? Также я думаю, что в этом месяце Райсы уехали в отпуск; каждое лето они уезжают в лес Аллегени, чтобы раскинуть там туристический лагерь.

— А насчет дома прямо через дорогу от нас? — спросил ее Эван. — Я не видел никаких огней в нем прошлой ночью.

— Да? Ну, я предполагаю, что мистер Китинг может быть в отпуске. Кстати сказать, я не видела в течение нескольких дней его машину. Он вдовец, но я думаю, что у него есть родственники в Нью-Йорке, и он может их навещать. Очень симпатичный человек; уверена, что он вам понравится. Она улыбнулась и отпила немного чаю. — О, как прохладно! Конечно, в Вифаниином Грехе июнь — не жаркий месяц. Это в августе приходится глядеть в оба. Это месяц-убийца; все увядает. И сухо. Господи, какая сушь! — Она перевела взгляд на Кэй. — Итак. Много ли жителей деревни вы уже встретили?

— Вы первый сосед, которого мы встретили, — сказала Кэй. — Конечно, мы знаем миссис Джайлз, но это все.

— Требуется время. Я знаю. Не стоит беспокоиться. Здесь дружелюбные люди. — Она повернулась к Эвану. — По меньшей мере, большинство из них; некоторые — те, которые живут в больших домах около Круга — предпочитают уединение. Их семьи жили в деревне в течение нескольких поколений, и, Господи Иисусе, семейный уют они ценят больше, чем «Дочери Американской Революции»!

Кэй улыбнулась. Эта женщина помогла ей расслабиться, и она была рада, что та пришла их поприветствовать. В конце концов, это было знаком того, что их принимают в деревне, пусть даже только одни соседи. Хорошее отношение — это всегда хорошее чувство.

— Круг очень красив, — говорил Эван. — Кто-то прикладывает большие усилия, ухаживая за цветами, чтобы они красиво выглядели.

— Это делает Комитет по благоустройству, в который входят мистер и миссис Холланд, миссис Омариан, мистер и миссис Бреккер, мистер Кварльс. Еще кое-кто. Они по очереди сажают, поливают, выпалывают сорняки и все такое. Они хотели в прошлом году включить меня в состав Комитета, но мне пришлось отказаться от этого. Мой собственный сад достаточно сильно привязывает меня к земле.

— Думаю, что да, — сказал Эван. — Я все думал, чей тот большой дом там, на Каулингтон. Его крыша видна из палисадника.

Миссис Демарджон замолчала на мгновение.

— Большой дом? Посмотрим. О, да! Это музей.

— Музей?

Она кивнула.

— Построенный историческим обществом.

— Какого рода вещи там хранятся? — спросила Кэй.

Миссис Демарджон криво улыбнулась.

— Старье, дорогая. Просто старье. Эти леди из общества думают, что старье и пыль делают историю. Даже и не тратьте свое время на поход туда, потому что обычно музей прочно закрыт на замок. Вы играете в теннис, миссис Рейд?

— Пожалуйста, зовите меня Кэй. О, да, я немного играла, но с тех пор прошло некоторое время.

— Великолепно. В этом месте появился еще один игрок в теннис. По крайней мере, для нас это приятная новость. Я член теннисного клуба «Динамо», и мы играем каждый вторник утром в десять на корте прямо внизу за холмом. Нас пятеро: Линда Поулсон, Эми Грентхем, Ли Хант, Джин Кварльс и я. Может быть, и вы хотите сыграть в какой-нибудь вторник?

— Может быть, — сказала Кэй. — Это зависит от моих уроков.