28 мая был первый экзамен. Надо было топать в седьмую школу. "Слава богу не в пятнадцатую", -- подумала я. "А почему, собственно, слава богу?
– размышляла я.
– В этой школе Дэн провёл шесть лет, в этой школе он добился славы и максимального успеха, в этой школе он иногда думал обо мне, вспоминал, грустил. Вот и не пойду в седьмую. Пойду, когда экзамен будет в пятнадцатой"... Я шла по улице и вдруг заметила, как дети, идущие навстречу тычут в меня пальцем и смеются, передразнивают. Я поняла, что говорила сама с собой вслух... А дети были счастливы -у них начались летние каникулы. Я так же радовалась лету когда-то давно -- ведь летом не надо было ходить на гимнастику... Я свернула к кремлю.

– - Как же Дэн без мобильника?
– говорила я себе и редким встречным прохожим.
– Вот все на ЕГЭ-- с двумя мобильниками. Один сдают, а второй - оставляют себе. Обычно оставляют айфон. Я и сама так хотела сделать. При удачных обстоятельствах можно залезть в айфон и посмотреть... Я дошла до памятника преподобного Косьмы, села на постамент... Две маленькие каменные туфельки стояли у ног Преподобного. Я подумала: как же я хочу семьи, как я хочу Дэна и ребёнка от него. Я повторила это вслух и добавила:

– - Но всё пошло кубарем, всё кончилось плохо. Очень плохо. Почему у меня нет друзей? Почему я опять одна?

Я просидела так часа три, вспоминая всё подряд.

Однажды, в марте, до того как Дэн стал ездить в Москву, он встретил меня после бассейна, мы пришли к нему и шутили как обычно. Мы с ним постоянно друг над другом шутили. И Дэн говорил:

– - Когда-нибудь я разбогатею и куплю племяшке "лего". Много-много "лего". Пусть племяшка вырастет, там сложные есть "лего". Например "Звезда смерти". Знаешь, Арина. У меня никогда не было "лего", но как-то на улице я нашёл крошечный лего-пистолетик из пиратской серии. Я сразу понял, что это "лего" - на каждой детали написано, что это "лего", и на пистолетике тоже. И что пистолет из пиратской серии - тоже сразу понял. Я в магазине стащил каталог. Это сейчас они лежат в специальной корзине - любой может взять. А тогда - давали только с покупкой. А я зашёл и стащил. У кассы лежал этот каталог. А этот пистолетик... малюсенький... валялся на улице - какой-нибудь пацан нёс пирата и выронил пистолетик. Я подобрал его и в пенале носил. На уроках с ним играл. Это мой талисман до сих пор. Показать? Смотри!

Я встала с каменного постамента и поплелась домой. Болела спина. Мамы дома не было. На городской позвонила Веля:

– - Арина! Что с тобой?

– - Я заболела, -- сказала я.

– - Ну тогда справку обязательно и сдашь в конце июня с больными. Но придётся ехать в область, у нас в городе нет дублирующих экзаменов.

– - Хорошо Татьяна Викторовна. Спасибо!

Мама прибежала где-то в три.

– - Ой, Арина. Ну как?

– - Через два-четыре дня -- результаты.

– - Так через два или через четыре?

– - Через четыре.

– - А какой экзамен был?

– - Русский.

– - Химия когда?

– - Седьмого.

И я ушла к себе в комнату, легла в одежде. Мне мерещился Золотой ус... Он поднимался с пола, шёл своими корешками, как ногами переступал, шёл на меня.... Я вскочила с постели.

47 Встреча у памятника

Через четыре дня был следующий экзамен, и теперь в пятнадцатой школе, а я опять сидела у памятника. Я думала: ну хоть бы кто-нибудь остановился и спросил: что я здесь делаю. Никому не было дела.

Я скучала по Пропане Ивановне. Я хотела к ней пойти в гости. Но вспомнила, как Пропана Ивановна убеждала меня, что Дэн - это блажь, а химия - это всё, и не пошла. Так и сидела. Мне не хотелось ничего. Ни чипсов, ни пить, ничего.

Вдруг я заметила, что с другой стороны постамента сидит какой-то человек. Военный, но форма какая-то желтоватая, и вместо пиджака - гимнастёрка. А в гимнастёрке - дыра, видимо от пули. Он сидел нога на ногу, начищенные сапоги искрились на холодном солнце. Он курил. Но я не чувствовала запах! Я посмотрела за плечо: курит, дым идёт.

– - Курите?
– обратился ко мне военный и протянул портсигар. Это был человек лет сорока, небритый.

– - Нет. А что вы курите?
– спросила я.

– - Махорку мешаю с сухим кипреем.

– - А разве кипрей можно курить?

– - Да всю жизнь его курили. И бабка, и дед. Вы разве не знаете?. У нас в Мирошеве кипрей стеной растёт. Самый доступный табак.

– - Но кипрей - совсем не табак.

– - Да.

– - Скажите, -- я почему-то совсем не боялась разговаривать с этим землистым человеком.
– А почему у вас погон нет?

– - Как у всех.

– - А что это у вас на воротнике?

– - Петлицы. Как у всех в сорок первом. Пехота. Я к тебе пришёл.

– - Спасибо.

– - Ты же звала.

– - Я-а? Ва-ас?
– удивилась я. Только удивилась, но не испугалась.

– - Ты же думала о том, что никто тебя не замечает. Вот я и пришёл. Я тебя и раньше приметил. Ты правнука моего девушка.

– - Я - бывшая девушка. Да и не девушка, а так - подружка.
– Я поняла что вижу перед собой прадеда Дэна и ничуть не удивилась.