– Да ни за что! Ты убьёшься, переломаешь шею... Не смей.

Я была с ней полностью солидарна. Саша торопил меня, а я всё не решалась:

– Ася, не дрейфи! Представь себе, что ты птица.
– И, паразит, толкнул меня в спину.

Птица!? Я заскользила вниз, размахивая палками, ноги разъезжались, снег мелькал в глазах, я ехала и... свалилась всем туловищем в сугроб... Что-то треснуло...

– Ура!
– Завопила Та, Которая Внутри, - ты, наконец, сломала себе ногу! Наши мучения закончились!

Саша спустился и стоял рядом со мной, смеясь:

– Ты как там? В порядке? С боевым крещением!

Я лежала, прислушиваясь к себе. Нет, вроде ничего не болело, так бок немного... Осторожно поднявшись, обнаружила, что просто налетела на прошлогодний засохший куст. Мне стало не по себе, ну почему я такая корова, я разозлилась на себя, на Сашу:

– Отстань от меня, отцепись, надоело... Зачем оно тебе нужно? Тебе смешно, смешно? Всё, эксперименты закончились.

Саша оторопел:

– Мне? Мне оно нужно? Да я хотел тебе помочь. Да пошла ты, уродина...

Он быстро взобрался по склону и уехал.

Я шла домой, ревела, размазывая по лицу слёзы и сопли. Мне было жалко себя, стыдно, что я наорала на Сашу. Что уж теперь делать? Дома я умылась и отправилась в школу.

На следующее утро Саша не пришёл. Взяв лыжи, отправилась к оврагу. Болел бок, Та, Которая Внутри, ныла, что я себя угроблю. Я не обращала на неё внимания, стала на лыжи и поехала вниз. Упала... Поднялась вновь, спустилась и опять упала... Но я не собиралась сдаваться. В очередной раз, поднявшись после падения наверх, я увидела внизу Сашу.

– Саша, - заорала я, - не уходи, я сейчас. Оттолкнувшись, лечу, как птица, и вот уже стою внизу рядом с ним.

– Молодец, Аська, - он улыбался.
– Завтра я принесу коньки...

Глава 4

Последняя неделя декабря. Конец года, первого учебного полугодия. Сплошные контрольные по всем предметам. Но моих одноклассников больше заботит предстоящий праздник и вопрос, у кого встречать Новый Год. Меня это никогда не волновало: ни на какие школьные сборища я не ходила, Новый Год не встречала, и праздник был интересен только тем, что мама варила кучу вкусных блюд, и я обжиралась на каникулах. В сарае у соседей в складчину откармливали поросёнка, к празднику кололи и готовили колбасу, копчёности, сальтисон.

В этом году мои приоритеты несколько сместились.

На большой переменке народ обычно разбегался кто куда. Уходили на улицу из душного класса, мальчишки - в спортивный зал, погонять мячик, девочки - группками посплетничать. Я оставалась в классе и читала очередной зарубежный роман. На сей раз это были "Отверженные" Гюго. Девочки не ушли и оживлённо обсуждали предстоящую вечеринку. Я прислушалась. Полинка сообщила, что родители разрешили ей пригласить друзей к ним домой:

– У нас полно места, приходите все. А папа купил новые пластинки, будем танцевать.

Лилька, всегда посещавшая все мероприятия, заявила громко, глядя почему-то в мою сторону:

– Вот только Саша пусть приходит без Веры. Если собираемся классом, нечего тащить за собой своих подружек. Твой же Олег не придёт?

Полина, очень красивая черноглазая брюнетка, несколько лет дружила с мальчиком из старшего класса. Все переменки напролёт они торчали под нашей дверью.

Полинка рассмеялась, показав свои беленькие ровненькие зубки:

– Нет, конечно, не придёт.

Люда из военного городка, закатывая глазки, сообщила, что к ним в часть возвращаются Вьюгины, и Павлик опять будет с нами учиться в третьей четверти. Все знали, что Павлик влюблён в неё безответно чуть ли не с первого класса, а ей нравится Олег, но увы... Из них двоих он выбрал Полину. Возвращению Паши все обрадовались, он был очень хороший компанейский мальчик, умел найти общий язык и с одноклассниками, и с учителями.

Нелля волновалась, будет ли Эдик. Ведь приходилось сбрасываться по рублю на колбасу, сыр, хлеб, кабачковую икру и сладкую воду. А Эдикина семья жила довольно скромно. Неожиданно для самой себя, я выпалила:

– Я заплачу за Эдика.

Девочки дружно развернулись ко мне. Выражение их лиц говорило о том, что впервые в жизни они услышали говорящую парту или классную доску.

Полинка опомнилась первая:

– Анастасия! А ты придёшь? Приходи, знаешь, как будет весело.

Хорошая она девочка, я бы с ней дружила, но у неё есть Олежка, с которым они неразлучны, да и очень странно мы бы смотрелись со стороны: красавица и уродина. Я задумалась, молчала и потянулась почесать свою бородавку. Её не было! Моя бородавка исчезла! Не может быть, она, наверное, с другой стороны... Нет... Это невероятно! Мне уже потом объяснила мамина подруга, врач, что после того, как я похудела, у меня поменялся гормональный обмен, и она просто рассосалась. Я была так поражена, что не слышала, как девочки дружным хором просят меня присоединиться, а Та, Которая Внутри, заявила категорически: "Пойдём!".