– Да ты пей, пей.-успокоил меня служитель, но я отрицательно покачала головой и отодвинула кружку подальше от себя, мало ли что. Сейчас добрый дяденька не казался мне таковым. Что-то пугающее таилось в глазах наполненных озорством и радостью. И тут промелькнула мысль, а не пора ли делать ноги. Разонравилось мне тут что-то.

– Знаете, я, наверное, пойду, у меня дела там. Спасибо вам за все.

Быстро собравшись, я направилась к двери, но та оказалась заперта. Может, это у него шутки такие нетипичные? Но нет, сидит каменным изваянием смотрит в одну точку и все.

– Выпустите меня, пожалуйста.

– И куда же ты пойдешь, Ири? Скоро будет непроглядная тьма. Знаешь, что случается с маленькими девочками, когда они поздно ночью выходят погулять?

– Я не маленькая. Отоприте дверь!

– Да, и кто только сказал тебе такую глупость?

События начали принимать совершенно непредсказуемый оборот. Я смотрела то на дверь, то на Таисия и не могла понять, чего он от меня хочет. На его губах заиграла предвкушающая омерзительная улыбочка, от которой я вся покрылась мурашками, а потом в дверь громко постучали.

– Вот и все, Ири.

***

Ну надо же, какая я доверчивая! Руки и ноги от того, что я очень долго находилась в одном положении, начали затекать. На запястьях капельками выступала кровь, а эти изверги даже и не подумали ослабить веревку. Вот помру прямо сейчас тут от потери крови и получается, что зря за меня деньги выложили. Как оказалось, священник был в курсе всех событий, и когда я постучалась в двери его церкви, он быстро каким-то образом оповестил стражей порядка. Они, конечно же, не заставили себя долго ждать и явились за пропажей в считанные минуты. За меня, как за особо опасную преступницу, даже предложили награду. По слухам, в городе я прослыла уже убийцей. Якобы я убила двух охранников и таким способом получила свою свободу. Это, конечно же, бред. Да, я ворую, но убивать не по моей части, хотя иногда очень хочется.

Знакомый дежурный, который постоянно гулял возле моей клетки, сейчас угрюмо, сложив кури на груди смотрел куда-то мимо меня. У нас с ним были хорошие отношения. Он тайком приносил мне сладости в, а иногда мы просто могли проболтать весь вечер напролет, благо дело в сумрачное время всегда не было никаких дел.

Кроме нас с дежурным в карете сидела еще пара человек, но их я не знала. Вообще, сейчас было очень обидно. Я снова попала за решетку из-за своей глупости. Знала же, что доверять никому нельзя и опять...

За окном медленно мелькали тени деревьев, серебряная краюшка луны слабо освещала главную дорогу. Полночь скоро.

– Почему ты нее убежала?

Легкий вопрос, ответа на который я не знаю. Я пыталась, честно, но, не получилось. Не знаю, к чему это все приведет.

– Тебя должны казнить завтра утром.

Не новость. Это стоило предполагать. Я лишь тяжело вздохнула.

– Ты должна жить.

Ой, началось. Сейчас затянет лекцию на часа два. Но дежурный замолчал. Очень странно для его говорливости.

– Ты меня слышишь?

– Слышу.

– И что?

– Ничего.

Мои слова стали последними. С тех пор никто не произнес ни словечка до самого прибытия. Какую казнь мне придумают? Повесят или отравят? Что-то подсказывает, что повесят. Просто так безболезненно вряд ли захотят от меня избавиться.

Полюбившаяся за столь долгое время камера, приняла в свои темные объятия. А тут уютно даже. Я этого и не замечала раньше. С радостью плюхнулась на прохладную простынь и моментально провалилась в сон.

Я проснулась от стука каблуков об каменный пол и лязганья металлического замка на моей железной двери. Только успела протереть свои заспанные глаза, как в комнату вошел дежурный. В свете искусственного освещения его светлые волосы отливали платиной, а лица и вовсе не было видно. Я всегда узнавала его только по цвету волос, так как не имела никакого представления о его внешности.

– Пора.

Я послушно встала и выставила вперед руки, на которых тут же захлопнулись наручники. Меня мягко придерживая за спину, повели по тускло освещенному коридору, в конце которого виднелась слабая полоса света.

– Меня все-таки повесят?

– Да.

Такой спокойный. Мне бы его непоколебимость.

На улице только рассвело, а на главной площади уже собралась приличная куча жаждущего зрелищ народа. Они кричали, бегали, спорили и требовали повесить чертовку немедленно. Посреди стояла готовая стойка с натянутой веревкой. Даже веревку нормальную пожалели. Из каждого витка торчали какие-то лохмотья. Стыдно на такой на тот свет отправляться. Ладно, будем смотреть на все позитивнее. А вдруг, в другом мире меня все-таки ждет что-то хорошее. И когда только эти мысли поселились в моей голове?