– Да ладно. Я подумал о том, как бы просто объяснить тебе всю ситуацию. Вот ты с детства занимаешься тем, что одалживаешь у незнакомых людей вещи и никогда их не возвращаешь.

– Ворую.-поправила я его.

– Хорошо, пусть так. У нас учатся подобные кадры, только мы пытаемся научить их владеть этим в совершенстве.

– Для чего?

Чем дольше мы разговаривали, тем большее желание я испытывала убраться отсюда и никогда больше не возвращаться. Неужели это расплата за эти несчастные булочки?

– На момент выпуска, наши ученики имеют богатый опыт в своем деле, и ими очень часто интересуются довольно-таки интересные личности.

– Ворами-то?-скептический взгляд был адресован Линчу.

– Именно. Эти ребята, не только воры, но и другие, могут работать везде, где потребуются их услуги как профессионалов. Как думаешь, сколько таких находятся в подчинении самого короля?

– Нисколько.

– Почему ты так считаешь, Ири?

– Потому что если эти ребята и вправду профессионалы в своем деле, то король уже давно бы был ободран как липка.

– Правильный ход мыслей. Но таких всегда легко найти по метке на их запястье, которую получают при приеме на свою должность. На это существуют маги в нашем королевстве. Но это не все. Если заполнишь эти бумаги-кивок на чистые бланки, которые лежали у меня под рукой- то получишь еще один знак на свою кожу. Это тоже что-то вроде маяка. На всякий случай. Я не пытаюсь тебя напугать, я просто предупреждаю.

Отлично. Мне теперь станцевать от радости? Заклеймят тебя как им вздумается, а потом еще надо будет выживать три года.

– А если я не хочу тут учиться?

– Жаль, это здорово бы облегчило твою жизнь.

– Чем же?

– Ну сама посуди, никто тебя казнить не пытается, есть кров, а в будущем хоть какое-то светлое пятнышко появляется, за которое можно ухватиться. Подумай, Ири.

Поверить легко, вот только правда ли это. Единственный плюс, который я пока вижу, это то, что здесь меня точно не убьют. Наверно. Жаль, что даже посоветоваться не с кем.

Я посмотрела на лежащее рядом стило. Подумала. Будь все как будет! Корявым почерком я заполнила первую графу в бланке, в которой требовали написать свое имя и фамилию, а все остальное пошло легче.

– Виктория?-спросил удивленно директор, когда я передала ему заполненные бумаги.

– Ири. Ири Томпсон. До свидания, Сед Линч.

– До свидания.

Когда дверь за моей спиной захлопнулась, из-за угла выплыл сам Эдуард. В его руке блестел маленький ключ, который он протянул мне.

– Пойдем?

Я пошла за Эдуардом не спрашивая ни о чем. Бессмысленно потому что, да и голову забивать не хотелось.

Не думаю,что сегодня ещё хоть чему-то удивлюсь.

***

После того, как меня оставили в комнате в полном одиночестве, предоставленную буквально самой себе, я еще долго осмысливала произошедшее. Как вообще это расценивать? Из грязи в князи или это очередная неприятность на мою глупую больную голову? Меня вполне устраивали практически все нюансы моего пребывания здесь. За исключением некоторых, но, думаю, это не станет проблемой. За два дня, которые я провела здесь, я начала верить в то, что не все так плохо как кажется. Даже радоваться начала, что все обернулось вот таким вот образом.

Эдуарда я с момента нашей встречи около кабинета директора больше не видела. Ждал, наверное, когда этот день наступит, и он с чистым сердцем и выполненным долгом смоется восвояси. Я его не виню. Кому захочется нянчиться с какой-то уличной девкой?

Я заперла дверь на ключ и отправилась в сторону любимой столовой. Питание здесь было пока бесплатным, так что я пользовалась моментом .

Благо, что я уже наизусть выучила расположение всех важных помещении, знаю, куда ведет любой коридор и какие шторы висят на втором этаже. Наверное, самая важная черта воришек запоминать обстановку до мельчайших подробностей. Но я не буду хвастаться о своих личных качествах.

В коридоре было как всегда пустынно и жутковато. Меня интересовал только один вопрос: почему я до сих пор не увидела здесь ни одну живую душу? Куда все подевались? За исключением рабочего персонала и преподавателей. Скоро начнутся занятия, а в школе шаром покати, никого нет.

Мне пришлось резко остановиться около выхода на площадку главной лестницы. Там стояла неземной красоты особа, которая медленно выпуская дым сигареты изо рта, била каблуком сапога о каменную плиту. Нервничает, это сразу видно. Одна затяжка, потом вторая. Вскоре этого дыма было столько, что дышать стало сложновато и начало жутко тошнить. Да что она такое там курит? И когда это здесь стало разрешено курить? От едкости на глазах выступили слезы, и пространство размазалось, словно краски на палитре.