На усовершенствование бредня ушло около часа — в основном на поиск камней и деревяшек, приклеить их к сети труда не составляло. Затем ее погрузили на долбленку. Туземки забрались каждая в свою пирогу и под их руководством гребцы погнали лодки от берега.

Они ушли почти на полкилометра, прежде чем растянули сеть.

Найл мысленно распрощался с бреднем — не верил, что его удастся оттуда вытянуть, но туземки действовали решительно и умело. Точнее — заставляли действовать гребцов.

Пироги пытались двигаться не прямо к берегу, а под углом около сорока пяти градусов к нему, стараясь разойтись — но постепенно оказывались все ближе и ближе друг к другу. Когда вышедшие навстречу моряки перехватили концы бредня, между его крыльями оставалось не больше десяти метров. Гребцы, выпрыгнув из пирог, присоединились к рыбакам.

— Потянули! И-и, р-раз! — громко скомандовал Найл, тоже взявшись за шершавые от песка нити. — И-и, вместе! И-и, р-раз!

Сеть в руках подрагивала, передавая биение попавшейся в западню рыбы. Похоже, старания не прошли даром и улов получился приличный.

— И-и, р-раз! Держи ее!

От сильного рывка бредень едва не вырвался из рук. Над водой промелькнул раздвоенный рыбий хвост, подняв кучу брызг, и тут бредень снова дернулся.

— Держи его, ребята! — не хватало еще, чтобы с таким трудом добытая добыча ушла обратно в море. — Держи!

На берегу мокрой кучей лежало уже больше половины вытянутого бредня, а в окруженном поплавками котле начинался настоящий ураган. Ходуном ходили волны, летели брызги, веревки рвались из рук. Попавшаяся рыбеха, наверное от отчаяния, кинулась к берегу, высунулась из воды, громко хлопнув огромной пастью, и сердце Найла кольнуло от узнавания:

— Попалась! Надо было утром меня есть, теперь не уйдешь!

— Уйдет! — кто-то из моряков бросил бредень и кинулся за гарпуном, и остальных рыбаков тут же протащило на пару метров в воду.

— Не сметь! — заорал Посланник Богини. — Не сметь ее убивать! Пауков сюда! Где воины?! Что, помочь некому?!

Вместо убежавшего моряка в воду кинулось несколько братьев по плоти, схватились за крылья бредня, помогли отвоевать у моря потерянные метры и сдвинуть бушующий котел еще немного ближе к берегу.

На мокрых от брызг камнях появились смертоносцы, ударили волей — буйство ослабло.

— За мной! — Найл кинулся прямо в очерченное сетью пространство, по пояс в воде нащупал там скользкое плоское тело, ухватил его за плавник. Айван притулился рядом и зацепил рыбину за жабры. — Потащили!

Вдвоем им удалось сдвинуть тело всего на несколько шагов — как только брюхо добычи легло на дно, а пятнистый загривок высунулся над поверхностью, ноша стала непомерно тяжелой.

Тут Любопытный отважно вбежал в волны и вонзил свои хелицеры, впрыскивая парализующий яд.

— Теперь не дернется, — облегченно вздохнул правитель. — Тащите слеги, будем через камни ее переваливать.

Оставшейся в бредне улов вытянули двое моряков. Улов по обычным меркам можно было считать богатым — но по сравнению с плоской пятнистой рыбой… Так, одну бочку заполнить.

— Ну, молодцы туземки, — сделал вывод, утерев мокрый лоб, правитель. — Ради одной такой рыбалки и то стоило их из мангрового леса забрать. Шериф, пироги можно отправлять к флагману, высаживать оставшихся воинов и пауков. Мелкую рыбу запекайте для людей, а это пятнистое чудище пусть остается смертоносцам. А если Рия с Жувией еще и наутро такое же поймают…

Что можно пообещать туземкам, правитель не знал, и решил исполнить любое их желание — если, конечно, оно будет иметь разумные пределы.

К сумеркам с флагмана на берег переправились все братья по плоти и полтора десятка моряков. Похоже, Назия решила остаться дежурить на борту всего с парой мужчин — это, по ее собственному признанию, минимальная команда, способная отвезти корабль обратно в порт города пауков. В лагере всех новоприбывших досыта накормили и отвели место для ночлега поблизости от огня. Шериф Поруз позаботился о запасе дров и костры должны были пылать до самого рассвета.

— Сегодня получился трудный день, шериф, — сказал северянину Найл, обсасывая ребрышки печеной кефали. — Но, по-моему, он удался.

— Да, мой господин, убирайтесь отсюда!

— Что ты сказал?! — поперхнулся рыбой правитель.

— Я согласился с вами, мой господин, — не понял удивления Посланника северянин.

— Убирайтесь отсюда немедленно, иначе мы уничтожим вас всех! — полыхнувшая в сознании Найла фраза сквозила голодом и злобой. — Это наши угодья, и мы пожрем всех, кто ступит на наши земли!

— Знакомые интонации… — Посланник Богини встал и попытался разглядеть тонущий за пляжем в сумерках лесок. — Сегодня утром точно так же со мной общалась одна смертоносиха. Прости, Поруз, я сразу не понял, что это не твои слова, и мысленное послание. Шериф молча пожал плечами. Он не слышал мысленной речи, если она не была целенаправленно послана пауком к нему в сознание, и что там воспринял правитель от его имени не знал.