Роксана сглотнула, но объяснить ничего не успела. Люциусу хватило одного беглого взгляда — и он заметил синяки у неё на руках и шее. Эмоции отражались на его красивом, гладковыбритом лице, как краска на бумаге — сначала шок, затем неверие, отрицание, гнев и, наконец, отвращение.

— Ты не видел те воспоминания, что я оставила вам? — равнодушно спросила Роксана.

Люциус тяжело сглотнул и с усилием посмотрел ей в глаза.

— Отец… — он кашлянул, пытаясь овладеть голосом. — Отец сказал, что разберется с ними сам. Роксана… — он взял Роксану за руку. Она глубоко втянула носом воздух, глядя на его ладонь так, словно это был плотоядный слизняк. Люциус крепче сжал пальцы, он выглядел совершенно потерянным и выбитым из колеи. — Роксана, что он с тобой сделал?

Роксана прерывисто вздохнула, глядя брату в глаза, но уже через секунду её лицо приобрело совершенно спокойное выражение, плечи расслабились и опустились.

— Ничего, — ровным, тонким голосом сказала она. — Не понимаю, о чем ты. Со мной все хорошо, — Роксана улыбнулась. Люциус выпрямился, и его потрясение стало почти осязаемым.

— Мадам Помфри сказала, ты был у директора? — все тем же голосом спросила Роксана, неотрывно глядя ему в глаза.

— Был, — медленно ответил Люциус, наблюдая за ней так, словно она была одной из тех гигантских ядовитых змей, что ползали по гостиной совсем недавно. До того, как её изловили охотники, ученики следили за ней точно с таким же выражением. — Приехали Гринграссы, пытались замять это дело.

Роксана чуть-чуть нахмурилась.

— И что, им удалось?

— Ну что ты. Как бы я, по-твоему, допустил, чтобы девица, покусившаяся на жизнь моей сестры, снова делила с ней одну гостиную? Ни за что. В школе и так… сложная обстановка, а тут все произошло прямо в классе, при свидетелях, да еще и в тот момент, когда в замке гостят иностранные преподаватели. Дамблдор был настроен решительно, даже Слизнорт не стал за неё вступаться. Так что… да, девчонку исключили, — Люциус удовлетворенно шлепнул перчатками по ладони и широко улыбнулся. — Её родители умоляли Дамблдора оставить её в школе, ведь до экзаменов осталась всего пара недель, но я выдвинул им ультиматум, и они сдались. В конце концов, исключение предпочтительнее Азкабана, а Гринграсс уже совершеннолетняя. Пусть скажут спасибо, что я не потребовал заодно выкинуть из Хогвартса и её братца. Эти Гринграссы… — он презрительно фыркнул. — Кто бы мог подумать, верно? Но теперь все позади. Ты жива, благодарение Моргане, и эта девица больше не будет тебе докучать, — Люциус с улыбкой посмотрел на сестру, правда почти сразу его лицо снова стало хмурым.

— Роксана, ответь мне честно, он избивает тебя? — спросил он, требовательно ввинчиваясь в неё глазами.

— Ну конечно нет, — ответила она и вдруг рассмеялась. За ширмой раздался стук каблуков. — Ты такой смешной. Генри любит меня. Очень сильно. Смотри, какой букет он мне принес, — Роксана указала на цветы, и её рукав упал, обнажив особенно страшный кровоподтек на предплечье. Люциус переменился в лице. Пару секунд он пытался обуздать гнев и взять себя в руки, а потом порывисто встал и вышел за ширму.

— Мадам Помфри? — позвал он, оглядываясь. — Мадам…о, вы здесь, — он шелково улыбнулся выглянувшей из кабинета медсестре. — Мадам Помфри, видите ли, через полчаса мне нужно быть в Министерстве с отчетом, — он взглянул на часы на цепочке. — А я забыл передать профессору Слизнорту кое-что, — он вынул из-за пазухи какой-то сверток. Наверняка плата за хорошо проделанную работу во время разбирательства с Гринграсс.

— Мне страшно неудобно просить вас, но не могли бы вы передать ему это? Прямо сейчас, это не терпит отлагательств. Я мог бы отправить это по почте, но боюсь, что сову могут перехватить, такие опасные времена. Вы не окажете мне любезность? Буду бесконечно вам обязан, — добавил он, внимательно глядя медсестре в глаза.

— Да, разумеется, мистер Малфой, — ответила медсестра после паузы. Коротко взглянув на кровать Роксаны, она взяла у него сверток, поправила ширму возле кровати Марлин и, громко стуча каблуками вышла из крыла, красноречиво закрыв за собой дверь.

Люциус подошел к двери следом за ней, убедился, что с той стороны никого нет, и снова вернулся к Роксане. Снова присел на край кровати и неторопливо, так, словно взвешивал каждое свое движение, уперся руками в подушку по бокам от Роксаны.

— Я мог бы убить его, если бы ты попросила, — очень тихо проговорил он, и Роксана подняла на него взгляд. Они почти соприкасались лбами. — Но, я думаю, тебе было бы интересно узнать о том, что мы придумали, как тебе выбраться из сложившейся ситуации и обойти Обет.

Роксана прерывисто вздохнула и, кажется, чуть не потеряла сознание, или не разрыдалась в голос.

— Спокойно, — Люциус взял её лицо в ладони, и Роксана вцепилась в его запястья, глотая воздух, роняя слезы и глядя на брата так, как даже на Сириуса никогда не смотрела. — Слушай меня. Единственная лазейка, которую нам удалось найти — это обещание Мальсибера жениться на тебе сразу после окончания школы. Мы долго думали, почему так скоро, вряд ли ему так уж хочется жениться в восемнадцать лет. Отец считает, что, как только младший Мальсибер окончит школу и сможет взять в свои руки управление делами, Александр организует убийство министра и займет его пост. Ты на тот момент уже будешь Мальсибер, и тебе он ничего не сделает, а нас уберут тихо и без шума. Тогда все состояние Малфоев, все золото и земля перейдут к тебе, а, следовательно…

— К Мальсиберу, — прорычала Роксана.

Люциус кивнул.

— Именно поэтому нельзя допустить, чтобы он на тебе женился.

— Люциус, я не могу нарушить Обет, тогда я…

— Да. Именно поэтому мы вынудим Мальсибера нарушить Обет, а не тебя.

— Как?

— Очень просто. У меня есть один знакомый алхимик. Он изготовил для меня вот это, — Люциус достал из внутреннего кармана маленький, темно-синий пузырек. — Это Напиток Живой Смерти. Но несколько… доработанный. Таких образцов в мире существует немного, их выполняют на заказ, в Лютном переулке ты такого не найдешь, — он передал пузырек Роксане. Она подняла его на свет. — Если человек выпьет хотя бы каплю этого зелья, создастся полное впечатление, что он умер от яда. На самом деле, он просто уснет, но его кровь замедлит движение, ни дыхания, ни пульса не будет слышно. Со стороны будет казаться, что он мертв. В таком состоянии можно жить годами, и никто ничего не заметит, — Люциус помолчал немного, глядя, как Роксана медленно перебирает флакон. — Ты выпьешь это зелье в присутствии Мальсибера…