Оборотни Сивого прибывали, как саранча. Они заполняли все видимое пространство, лезли из чащи, прыгали с деревьев. Добыча сбилась в кучку, и они окружали её, как гриндиллоу окружает рыбу на большой глубине.

— Что, черт возьми, происходит? — задыхался Сириус, бешено оглядываясь. Он и остальная компания жались друг к другу, охотники прикрывали их собой на правах старших, а оборотни окружили их и ходили вокруг, жадно скалясь. Лес полыхал, — Откуда их столько, ты же говорил, что этот ублюдок унес в горы свою сивую задницу, и колонии за собой увел?!

— Все так думали, Блэк! — прорычал Дирборн. У него была рассечена бровь и скула, волосы слиплись и спутались, из-за слоя сажи и пота лицо казалось черным.

Пришлые оборотни натравливали молодняк на «добычу», Сивый наблюдал за этим с совершенно человеческим выражением на морде, и нетерпеливо скалил зубы. Кажется, он решил таким образом утвердить над молодняком авторитет.

— И что, ни у кого ни одной блестящей идеи? — немного истерично спросила Эммелина, вцепившись Сириусу в плечо. Ногти у неё были острющие, словно птичьи когти. — Совсем ничего?

— Вообще-то, это ты здесь мозг, Когтевран, идеи — это по твоей части! — нервно отозвался Сириус. Дирборн так быстро менял цели (у него осталось мало стрел), что его арбалет стал похож на стрелку часов. И отсчитывал последние секунды.

Правда, кровавому пиршеству все равно не суждено было исполниться. Потому что в тот самый миг, когда Сивый царственно пошел к молодняку сквозь ораву лохматых, слюнявых, лупоглазых тварей, откуда-то из глубины леса донесся боевой клич и топот копыт. А затем табун кентавров клином ворвался в море, осыпая её стрелами. Кентавры были все перемазаны камуфляжной краской, даже крупы и хвосты были выкрашены в черный и зеленый, из-за чего можно было подумать, будто это сам лес набросился на непрошенных гостей. Они стреляли, махали ножами, кидали копья.

Поднялась страшная неразбериха, половина оборотней бросилась бежать, половина схлестнулась с кентаврами. Добыча оценила свои шансы и начала отступать. Благо, те не особо обращали на них внимание теперь, когда появился противник поинтереснее.

На крутом возвышении, которое некогда было берегом, и откуда спустился Сивый, возникла человеческая фигура. Дирборн машинально оглянулся в ту сторону в пылу сражения, и весь просиял.

— Грей! Гре-ей! — заорал он и замахал руками.

Валери его не услышала за ревом и воплями, наполнявшими поляну. Она уперла ногу в гигантский валун и натянула тетиву. Самые крупные оборотни падали как подкошенные, сраженные её стрелами. Какой-то волк имел неосторожность броситься на одиночную жертву. Раздался короткий свист — и он упал, как подкошенный. Еще парочка бросилась с другой стороны, Валери быстро оглянулась, в одного всадила еще одну стрелу, затем молниеносным движением выхватила из-за пояса нож и метнула в другого, нагнулась, так что четвертый волк пролетел в прыжке над ней, натянула третью стрелу и выстрелила.

В пылу битвы школьный молодняк, за которым явился Сивый, судя по всему дружно наложил в меха и решил удрать. Валери оглянулась им вслед спрыгнула с валуна и побежала за ними. Несколько кентавров обернулись ей вслед и тоже поскакали в чащу.

С горем пополам, отряду Дирборна тоже удалось вырваться из мессива и укрыться на берегу озера. Пожар туда еще не добрался, зато от горького дыма было просто не продохнуть. Кашляя и задыхаясь, ученики попадали на песок возле воды, кто-то просто лежал и пытался отдышаться, кто-то, презрев опасность, пил воду прямо из озера.

— Мы сейчас в нескольких милях от школы, — сообщил Дирборн, привалившись к дереву и прижав к груди свой арбалет. Он тяжело дышал и щурился, его лицо покрывала сажа. — Если они увидели дым — должны были отправить кого-нибудь тушить пожар.

Сириус, так же задыхаясь, как и он, оглянулся на компанию студентов, которых втянул сюда и подумал о том, где сейчас Сохатый, Лунатик и Хвост. Живы ли они еще? Если да, то почему до сих пор не добрались до замка, ведь Сохатый шел именно туда? Какого черта они медлят?

Ответ на его вопросы, и вопросы Дирборна, явился в виде серебристого тумана. Патронус-заяц промелькнул в темноте яркой вспышкой, заставив всех поднять головы, и прыгнул в траву перед Дирборном.

— ЭТИ ТВАРИ НАПАЛИ НА ХОГСМИД! — загремел в темноте голос старого охотника, которого, кажется, звали Браун. Сириус точно не помнил. — Тут повсюду гребаные оборотни, они забаррикадировались в трактирах и гостиницах, лезут в жилые дома, жители бегут, сраное министерство выслало всего два отряда мракоборцев, но их тут кромсают как мясо! Где ты, Дирборн, черт тебя дери, мы сами не справляемся! Нам нужна помощь и быстрее!

Повисла секундная пауза.

А затем паника взорвалась, как хлопушка, все разом заговорили, закричали, заругались благим матом.

— Дирборн, мне нужно в деревню, — сказал Сириус, вскакивая на ноги. — Там мои близкие, мне нужно быть там!

— Мы с тобой пойдем! — воскликнула Эммелина. Её лицо было перепачкано в грязи, но глаза горели неистовой злобой. — Нас мало, чтобы с ними драться, и мы не превращаемся в животных, но вполне достаточно, чтобы наколдовать между деревней и замком ров и начинить его ловушками, так, чтобы эти твари не смогли выйти за пределы деревни!