– Охотно верю, – задумчиво протянул Петляков. – Кому же не хочется заполучить такой лакомый кусок!

– Если это произойдет, то Россия может лишиться части своих стратегических запасов. Чтобы откачать свой же собственный газ где-нибудь в Сибири, нам нужно будет идти к ним на поклон. Сам понимаешь, как это может ударить по обороноспособности, я уж не говорю о престиже страны.

– Полностью с вами согласен.

Немного помолчав, Павел Михайлович продолжил:

– В этом деле очень много непонятного. Напри-мер, нас интересует, откуда у Шевцова взялись большие деньги, чтобы купить такую крупную компанию. Причем деньги появились враз! Ведь кто-то же ему их дал! А в наше время, как известно, ничего просто так не предлагают, всегда наступает срок расплаты… Я так думаю, что спецслужбы к проекту «Трансибгаз» подключились значительно раньше. Они сумели просчитать ситуацию, когда на рынке творилось черт-те что! Вложили в Шевцова деньги, чтобы он скупал компании поменьше, имеющие доступ к природным ресурсам, а вот теперь, когда компания стала практически монополистом, решили просто забрать ее у него.

– То есть откормили барашка, чтобы потом его зарезать?

– Получается, что-то вроде того. У нас сейчас к Шевцову очень много вопросов… А он вдруг начал возражать: ему понравилось быть олигархом. Западные партнеры поняли, что ошиблись в нем, и решили устранить.

– Скорее всего так оно и есть.

– Но в этом деле много непонятного, важно выявить всех фигурантов. Свою задачу понял?

– Так точно!

– Что ж, приступай! – На прощание Зорин пожал Вадиму руку. – И еще вот что: не воспринимай это задание как ссылку или повышение. Это просто новый этап работы, вот и все!

– Я понял вас, Павел Михайлович!

К немалому удивлению Петлякова, он застал Шевцова в приятнейшем расположении духа, гладко выбритого, пахнущего дорогим парфюмом. В нем не было совершенно ничего от того человека, каким тот предстал еще вчера, – хмельного и помятого. С прежним состоянием его роднило разве что плутоватое выражение и именной галстук в синюю полоску.

– Вы готовы? – спросил Петляков.

– Как видишь… Выходим, – шагнул он в дверь, распахнутую Петляковым. – В общем, так… Сделай что хочешь, но сюда я больше не вернусь, хватит с меня этих пуленепробиваемых квартир… Но домой я тоже не поеду, – после некоторой паузы добавил генеральный.

– Придумаем что-нибудь, – пообещал Петляков, увлекая генерального следом.

На улице, как и полагалось, сидели все те же старушки и с живейшим любопытством поглядывали на подъехавший «Гранд Чероки». По их удивленным лицам было понятно, что такие красивые машины приезжают во двор нечасто, а потому, сгорая от любопытства, они ждали, кто же оседлает кожаные кресла.

Морщинистые губы невольно передернуло от удивления, когда они заметили выходящего из подъезда нового соседа в сопровождении двух охранников. Кто бы мог подумать, что неприметный помятый алкаш такая значительная фигура!

Остановившись перед машиной, он терпе-ливо подождал, когда один из охранников, зорко цепляя взглядом окружающее пространство, распахнет перед ним дверь, и, едва кивнув в знак благодарности, спрятался за тонированным стеклом.

– Не забудь у банка остановить, – буркнул невесело Шевцов, когда машина, распугав кормящихся голубей, свернула на центральную улицу.

– Обязательно, – отозвался Савельев.

Банк, выстроенный на возвышенности, выплыл меж деревьев античным Парфеноном. Мелькнули толстые колонны среди густой кроны. И только когда подъехали поближе, банк предстал во всей своей могучей красоте. Именно таковым и должен быть храм денег, воздвигнутый благодарным человечеством: колонны, убегающие к небу, грандиозные базилики, подпирающие своды, безмолвные титаны, застывшие у входа. Воздвигнутое сооружение ни в какое сравнение не шло с пантеоном для греческих богов. Даже самый значительный из храмов вряд ли дотягивал макушкой до третьего этажа воздвигнутого банка.

Перед храмом денег так и хотелось снять шляпу.

Открыв дверцу, Семен Шевцов уверенным шагом в сопровождении Савельева и Ковалева направился к выходу. Петляков отставал от шефа всего на пару шагов, зорко посматривая по сторонам. Ничего такого, что могло бы насторожить: стоянка заполнена служебными автомобилями, возле которых, сбившись в небольшие группы, стояли мужчины. Три инкассаторские машины, выкрашенные в защитный цвет, стояли на краю площадки, а возле них, образовав круг по интересам, переговаривались инкассаторы, настороженно поглядывающие на прохожих. Клиенты, не задерживаясь перед дверьми, стремительно проходили в банк. Покидали его, как это бывает с людьми, выполнившими важное дело, не спеша, порой ненадолго задерживались на высоких ступенях, чтобы оценить панораму, развернувшуюся у их ног, и топали дальше. А мимо, равнодушный ко всему, двигался плотный поток транспорта. Ровным счетом ничего такого, что могло бы настораживать.

Лестница не крутая, рассчитанная на спокойный шаг человека среднего роста. Но зато длинная, и у каждого, кто по ней топал, через пару десяток ступеней невольно возникал вопрос: «Да когда же она закончится!»

Дотопав до середины лестницы, Семен остановился и посмотрел вниз. Даже пятиэтажные строения, раскинувшиеся через проспект, в сравнении со зданием банка выглядели жалкими хибарами. Можно только догадываться, какие тщеславные чувства одолевают руководство, взобравшееся на самые верхние этажи.

Глубоко вздохнув, Шевцов уже готов был затопать дальше, как в этот самый момент заприметил двух молодых людей, двигавшихся со стороны проезжей части. Их можно было бы принять за обыкновенных прохожих, а то и клиентов банка, не будь у них напряженных лиц, строго взирающих перед собой, решительной походки и еще некоторых деталей, что отличают обычного человека от решительно настроенного.

Избегая прямого взгляда на Шевцова и охранников, они двигались в их сторону. У одного из них, шатена, что шел первым, в руках был «дипломат». И Петляков, будто загипнотизированный, расширив глаза, смотрел именно на него. Устройство такого «дипломата» ему было знакомо: достаточно нажать на пусковую кнопку, как крышки отлетят в сторону, обнажив вороненую сталь ствола.