Майя недовольно покосилась на брата, но ничего не сказала. Только улыбнулась. Она предпочитала не думать о недавно закончившемся суде. Таких судов еще будет много. Но результатами этого она была даже удовлетворена. Земли забвения. Это лучше чем смерть в круге равных. Чистилище было бы конечно еще лучше. Но сейчас хочется посидеть с друзьями в кафе. И пусть Лютик как в детстве покапризничает, выбирая себе мороженное. Он маленький, ему можно.

Рассказ о том, как она забралась на дерево, спасая котенка, и там застряла, в изложении Лютика развеселил всю компанию. Так что можно сказать вечер удался. Даже необходимость отвлекаться на доклады пятерок прикрытия не мешали.

Путешествие в закрытом фургоне закончилось. Ему было странно, что для этого потребовалось его усыплять. Обычно это делается при многодневных перевозках заключенных. Но, в конце концов, это не главное. В Арден, тех, кто мог бы ему помочь не осталось. Даже родственники предпочли отвернуться от него. Ну да это ладно. В других мирах есть те, кто захочет ему помочь. Так что для начала он проведет время на островах, рядом с землями забвения. А позже за ним смогут прислать транспорт. В землях забвения исчезновение заключенного означает его гибель. И на этом весь этот фарс будет закончен. Останется только найти какую-нибудь Альтер, которая снимет с него блок этой девчонки.

Графчик, а иначе его теперь не называли с легкой руки Лютика, осторожно приподнялся в капсуле и осмотрелся, начав понимать, что столь долгий путь был неспроста.

– Доброе утро, лишенный имени.
– Перед ним стояли двое. Одного он узнал. Это был его бывший адвокат, про дочь которого так некстати проговорился мальчишка. И в руках его находился пульт от поводка, закрепленного у него на шее. А рядом стоял незнакомый статный старик с лицом человека привыкшего отдавать команды. На оператора станции он тоже ни как не походил.

– Ну вот, ваше путешествие закончилось, или только начинается. Это уж кому как нравится.
– Усмехнулся Варленти.
– Я смотрю, вы удивлены? Все верно, это не станция островов Рианнар. Окончательное распределение заключенных по станциям высадки производит оператор. Обычно он руководствуется рекомендацией о высадки осужденного в районе сложившихся поселений вынужденных колонистов. Все-таки замена смертной казни на высылку сюда имеет вполне прозаические цели по восстановлению мертвого континента. Ваши люди все правильно рассчитали. Не учли только одного. Среди операторов есть немало тех, кто пострадал еще от дела судей. А сенти более низкого ранга по сравнению с вами, предпочитали не рисковать и подбирать своих жертв именно из числа высылаемых на этот континент. А ведь без права возврата, как у вас, приговоров не много. Те, кто смог продержаться на континенте оговоренный приговором срок, поселяются на островах. Многие из них впоследствии идут в обслуживающий персонал наблюдательных станций или рабочими в научные экспедиции. Другой работы тут немного. Самое смешное, что мне не пришлось даже никого искать. Наоборот, с рассказами о потугах ваших дружков на меня выходили сами работники станций. Мы с вами находимся на девятой автоматической станции наблюдения.

– Это же ....
– Сумел выдавить из себя приговоренный.

– Да все верно.
– Почти доброжелательно закивал головой бывший адвокат. Это самый центр забытых земель. Здесь даже не пустыня. Пустошь, в которой выживает не всякая тварь. Но вот мы думаем, что вам тут самое место. Причем оператор станции распределения с большим энтузиазмом нас в этом заблуждении поддержал и решил ради такого случая не обращать внимания на служебные рекомендации. Людей здесь нет. Такие как вы, обычно прибывают в капсулах и после пробуждения, автоматика выставляет за дверь. Но мы вот решили вас проводить и лично проинструктировать. Это, пожалуй, единственное служебное нарушение допущенное оператором. Все-таки тут небезопасно. Но как имперский инспектор, я прощу ему эту небрежность.

В общем так. До ближайших колоний, расположенных на побережье не одна тысяча километров. С севера на этом пути стоят молодые горы, возникшие во время Великого раскола. Говорят там еще хуже, чем в пустоши. От восточного и западного побережья вас отделяют крупные реки, пересекающие весь континент. Они безжизненны, чего не скажешь о побережье. На юге пустыня. Воды там нет. Зато водятся выходцы из Раскола, ведущего в безводный мир, ну и местные мутанты естественно. По воздуху сюда не всякий глайдер долетит. Да и следят за полетами над этими землями довольно тщательно, причем в автоматическом режиме. Тут все еще остаются летающие твари.

Стоящий старик, не произнеся ни слова, поднял лежащий около его ног небольшой рюкзак и бросил под ноги графчику.

– Лично я бы тебе не дал и этого. Но таков уж в этой империи мягкий закон. И таких как ты, надо обеспечивать минимальным набором выживания. Здесь холодное и огнестрельное оружие, с комплектом боеприпасов, средства для добывания огня, аптечка и даже несколько таблеток на период адаптации. Весь набор прививок тебе сделан. Неплохо, учитывая, что моему внуку пришлось обходиться только жалким обломком от глайдера. Здесь хотя бы дышать можно без респираторов.

– Внуку?
– В голосе слышалось явное недоумение.

– Майя и Лютик дети моего младшего сына.
– Криво улыбнулся старик.

– Не беспокойтесь, уважаемый.
– Тихо заговорил Варленти. Он вряд ли сможет выйти из земель забвения. Я за этим очень постараюсь проследить. Слышишь, графчик. Я больше не адвокат, а инспектор наблюдательных станций. Специально перешел сюда, чтобы следить за такими как ты. И особенно за тобой. Ты уж сразу-то не помирай. А то мне скучно будет. А хорошую кличку придумал ему ваш внук. Но да ладно. Надо закончить инструктаж.