— Что-то я пока не заметил. — вновь усмехнулся Эльфман. — Драка была? Была! Нотации читал? Читал! Где же изменения?

— Хм. — потерев подбородок, Виктор просветлел, — О! Я ведь никого не взрывал!

— Это аргумент! — рассмеялся Эльфман. — И надеюсь, что ты сможешь сдержаться до конца отдыха! — Убрав весь несерьезный тон, он продолжил, — Виктор, ты даже не представляешь себе, насколько я тебе благодарен. Не только за то, что вернул нам младшую сестренку, но и за то, что начал возвращать к жизни Миру. Та, вечно улыбающаяся и заботливая Мира, что встречает, поит и кормит всех в гильдии — она ведь не настоящая. Представь себе Эльзу на ее месте и ты поймешь, о чем я говорю. Она отгородилась этой маской от всего мира и копила внутри себя горе и отчаяние. Не один раз я просыпался ночью, слыша ее тихий плач. Сейчас же я прекрасно вижу, что маска уже дала солидные трещины. Виктор, пожалуйста, разбей ее окончательно и верни нам ту Миру, которая бесила и выводила нас из себя, но которая и была нам дорога именно поэтому.

— Ого! Эльфман, ты ли это!? Слова не мальчика, но мужа! А где же твое вечное — "Мужик обязан…" и так далее по тексту?

— Не одна Мира смогла придумать себе маску. — усмехнулся двухметровый здоровый детина. — Но я свою маску смогу разбить сам.

— Н-да. Задал ты мне задачку, Эльфман. Сделать из ангела дьяволенка. А ты уверен, что твоя сестра сама хочет стать прежней? Может ей понравилось быть такой. — Виктор кивнул на играющуюся в воде Миру. — Все же всем нам пришлось резко повзрослеть за довольно короткое время и часть того, что ты считаешь маской, на самом деле является ее выбором. Ты об этом не думал? С возрастом людям свойственно меняться, знаешь ли. Разве что Нацу так и продолжает оставаться неразумным ребенком. Лисанна бросает на него такие взгляды, а он их в упор не замечает.

— Какие взгляды!? — мгновенно сделал стойку Эльфман.

— Такие же, какие ты бросаешь на Эвергрин! — рассмеялся Виктор. — У вас это, похоже, семейное — бросать взгляды!

— И как ты только все подмечаешь? — тут же принялся ворчать смутившийся парень. — Тебя же в гильдии почти не бывает!

— О чем шепчетесь? — к лежащим в тени зонтов парням подлетела Кана и весело смеясь, обдала обоих водой принесенной в ракушке.

— О тебе, Кана. — посмотрев на замоченную рубашку, мрачно ответил Виктор. — Думаем, что же с тобой делать. Начинать пороть ремнем прямо здесь или все же в номере.

— А за что ремнем то!? За что!? — невольно схватившись за свои нижние девяносто, возмутилась Кана.

— Так для профилактики. — тут же пояснил Виктор. — Когда будет за что — время уже уйдет.

— Злю-ю-юка. — протянула Кана, состроив рожицу. — Лучше бы пошел искупаться со всеми, вместо того, чтобы строить тут разные козни одной милой и беззащитной девушке! Давай! Снимай ка свою рубашку и марш в море! А то разлегся тут как старый дед! — схватившись за шиворот его рубашки, Кана принялась тягать его туда-сюда в попытке расстегнуть пуговицы.

— Хорошо, хорошо, только перестань меня дергать. — с трудом отбился от цепких ручек девушки Виктор и под горящим любопытством взглядом принялся стягивать гавайку. — И не пялься так на меня! Вон, на Эльфмана лучше смотри — это у него идеально сложенное атлетическое тело.

— Э нет! Мне интересно узнать, что же такого нашла в тебе Мира!

— Эх, Кана. — покачал головой Виктор, — Мира нашла во мне интересное не столько снаружи, сколько внутри. — Сняв рубашку, он увидел, как сползли улыбки с лиц его друзей и разведя в стороны руками, сказал, — Теперь и сами видите, что любоваться тут особо нечем.

— Ты знал? — тихо поинтересовалась Кана у Эльфмана, когда их старший товарищ унесся к морю.

— Нет. — покачал головой здоровяк. — Слышал от Лисанны, что он был серьезно ранен в спину, когда вытаскивал ее, но она ничего не говорила об остальных шрамах.

— Но откуда они могли взяться!? Он же артефактор, а не боевой маг!

— Кана, я знаю о Викторе не больше тебя. Но и этого мне вполне достаточно, чтобы ни в коем случае не недооценивать его. Пусть как маг он довольно слаб даже по сравнению с нами, Виктор научился применять свои силы на таком высоком уровне, что сойдись он в настоящем бою с тем же Лексусом, последнему можно было бы только посочувствовать. И все эти боевые шрамы лишь подтверждают тот факт, что Виктор один из сильнейших членов нашей гильдии. Так что твой отец знал, кого просить присмотреть за тобой. — усмехнулся он и показательно охнул, получив серию несильных ударов в бок.

Притопив по ходу движения сцепившихся в очередной раз Нацу с Греем, Виктор брызнул водой в лицо уже направлявшейся наводить порядок Эльзе и счастливо рассмеявшись, принялся удирать вплавь от переключившейся на него сестры. Все же порой у Эльзы были слишком жестокие методы наведения порядка, о чем явно свидетельствовал зажатый в ее руке деревянный тренировочный меч. Впрочем, уйти от сменившей свой купальник на доспех водной царицы Эльзы ему не удалось.

— Эй! Так нечестно! — прохрипел попавший в стальной удушающий захват Виктор. — А как же здоровый дух соревнования!?

— Ничего, братик, какой бы злобный дух в тебе не засел, я его из тебя выбью! — лучась довольствием, ответила Эльза.

— А меня бить нельзя! — тут же принялся спасать свою тушку Виктор.

— Это еще почему? — немало удивилась Эльза.

— Я хороший! И если я хороший, то тот, кто меня будет бить, непременно станет плохим в глазах всего населения!

— И кто же тебе сказал, что ты хороший?

— Да ты сама и говорила! Причем очень много раз!

— Не иначе, я тогда была под воздействием каких-нибудь запрещенных чар.