– Не знаю! Может, она думает, что он проиграет! – пробормотала Вайеррэн, попятившись за тележку с запасным лесоматериалом. – Интересно, что Ла Трей думает о том, где я. Непохоже, чтобы ей меня не хватало.

У Морганы Ла Трей, когда она проходила мимо, был обращенный внутрь, сосредоточенный вид, словно ее мысли витали где-то далеко за пределами таких вещей, как пропавшие фрейлины. Когда ее дамы тоже прошли, Вайеррэн пронеслась мимо слуг, несущих фрукты, пироги и глинтвейн для собрания на крепостных стенах, и нашла себе в зале немного хлеба и колбасы. Когда внесли короля, она снова сбежала, вернувшись по винтовой лестнице наверх, в закуток на стенах. Комната располагалась в крошечной башне – в одном шаге от крепостных стен и с отличным видом на пустой травянистый склон, сбегающий вниз к озеру.

Жуя колбасу, Вайеррэн прислонилась к зубцам за Ямом.

– Чел сказал, Мордион вернулся, - сообщила она. – Я не вижу его.

– Дракон всё время двигается вокруг замка, - ответил Ям.

Вайеррэн вытянула шею, чтобы увидеть Мордиона – безуспешно, – а затем вытянула шею посмотреть на королевскую компанию, собравшуюся на стенах, устроившись на ярко задрапированных сиденьях.

– Ужасно глупо находиться в таком месте, если бы это был настоящий дракон. Разве они не знают, что драконы умеют летать? – Вайеррэн посмотрела на слуг, пробиравшихся между рядов, предлагая блюда с фруктами и наливая в кубки дымящееся питье. – Они ведут себя так, будто это какой-нибудь концерт!

– Дракон приближается, - сообщил Ям.

Вайеррэн немедленно посмотрела вниз и уловила, как мелькнула крадущаяся внизу широкая чешуйчатая спина, в первых солнечных лучах блестящая, как жаба. «Забавно! – подумала Вайеррэн. – Прошлой ночью Мордион казался черным! Наверное, это из-за темноты. В солнечном свете он выглядит цвета рдеста».

Громкие пронзительные фанфары труб возвестили появление Чела.

Звук разозлил Мея. Он расправил крылья и немного спустился по холму, где приземлился и развернулся, чтобы зареветь в ответ производившим шум штукам. Двойной рокот был кошмарен. Вайеррэн попыталась прикрыть уши руками – жирной и держащей хлеб, – когда невыразительный голос Яма проник сквозь гам:

– Это не Мордион. Это другой дракон.

«Так и есть!» - поняла Вайеррэн. У этого дракона были лохматые брови, росшие пучками над круглыми желтыми глазами, и еще пучки над и подо ртом. Это и отчасти закругленные голова и нос придавали его желто-зеленой морде иллюзию лица доброжелательного старика. Бородатого старика. Хлеб выпал из руки Вайеррэн и полетел на траву. Ее затошнило. Если один человек может стать драконом, значит, может и другой.

– Ям, клянусь: это Властитель Первый!

Она ничего не могла сделать. Во время звучания фанфар открылись ворота, и Чел уже вышел наружу, держа в руке свой драгоценный меч. Он решил надеть самые легкие доспехи (очень малую их часть), и те – из закаленной кожи. Это выглядело впечатляюще дерзким, в то время как он знал, что ему ничего не грозит. Его фигура, появившаяся у основания замковых стен, казалась крошечной.

От драпированных деревянных сидений на стенах раздались короткие аплодисменты.

– По-моему, он плохо вооружен, - заметил Амбитас между двумя глотками горячего пряного вина. – Надеюсь, он знает, что делает.

<