Хадсон встал, чтобы пожать брату руку, но Ник не поддался формальностям и крепко его обнял. Глядя на них, Алли почувствовала, как на глаза наворачиваются слезы счастья.

– Алессандра.

Алли быстро вытерла глаза и, повернувшись, увидела, что рядом с ней стоит Бен Вайс.

– Я знаю, в этот момент невеста обычно танцует со своим отцом, - сказал он.
– И я понимаю, что мне никогда не занять место Ричарда, но может, ты окажешь мне честь? Если для тебя это уместно, конечно.

В горле встал комок, и Алли на мгновение испугалась, что одна слезинка может превратиться в полноценное рыдание. Все ее детство Бен Вайс был не только лучшим другом отца и адвокатом фирмы - он стал для нее дядей. После убийства родителей он стал для нее скалой, источником силы и стабильности, за который она цеплялась в хаосе своей жизни. И когда она заняла свое место в Ингрэм, он был рядом, направляя и помогая советом всякий раз, когда она нуждалась, но при этом оставляя ей возможность расти и учиться самой. И разделить этот день с ним было не просто уместным. Это было как раз тем, в чем она нуждалась.

– С удовольствием, - сказала она, протягивая руку.

Бен вывел ее на небольшой танцпол посередине террасы. Гирлянды из белых лилий свешивались с каменной балюстрады, и их сладкий запах витал в прохладном вечернем воздухе.

– Ты очень красивая, - сказал он.

Алли улыбнулась.

– Спасибо.

– Если ты не против, я бы сказал, что твои родители гордились бы тобой.

– Мне хотелось бы так думать, - без сомнений, Алли жила вовсе не той жизнью, какую для нее запланировали родители. Когда они заключили тайную сделку с Джулианом, обменяв брак с Алли на корпоративную помощь, они думали об Ингрэм медиа, а не об ее счастье. Но теперь Ингрэм была сильна как никогда, и Алли была не просто счастлива. Она обрела целостность, пребывала в мире и любви. И хоть дорога к прощению была бы непростой, Алли все равно хотела, чтобы у них был на это шанс. Пусть ее жизнь еще не устаканилась, она надеялась, что они гордились бы тем, какой женщиной она становилась.

– Думаю, по обычаям тут вмешивается жених, - сказал Хадсон. Алли посмотрела ему в глаза и он улыбнулся той же смущенной улыбкой, что и много лет назад. Той, что плавила ее сердце каждый раз, хоть на пляже в Мичигане, хоть на доме у озера в Висконсине, хоть на вилле у подножья Альп. Хадсон Чейз был ее второй половинкой. Она знала это с самого начала. И официальное подтверждение этого было лишь формальностью.

Бен поцеловал руку Алли и вложил ее в ладонь Хадсона.

– Я бы сказал тебе хорошенько о ней заботиться, но я в этом и так не сомневаюсь.

Хадсон обменялся с ним рукопожатием, затем обнял Алли за талию, привлекая ближе к себе.

– Ну как, тебе нравится?
– спросил он.

– Это идеально. Все это. Мне правда жаль, что все это закончится, - она улыбнулась.
– Хотя я с нетерпением жду нашей ночи в номере для новобрачных.

Хадсон медленно расплылся в улыбке.

– Боюсь, в вашем ближайшем будущем нет никакого номера для новобрачных, миссис Чейз.

Алли нахмурилась.

– Вот как?

Он покачал головой.

– Но уверяю тебя, ночь далека от завершения. Нам предстоит десятичасовой перелет, - он покрутил ее и затем вновь резко привлек к себе, крепко обнимая.
– Значит, нам как раз хватит времени для того, что я задумал.

***

Алли сомневалась, сумеет ли она сойти с самолета. Как обычно, ее ненасытный супруг был верен своему слову и как следует воспользовался временем, проведенным в воздухе. Когда они приземлились на Мальдивах, она представляла собой дрожащую потную массу.

– Кажется, ты прекрасна как никогда, - сказал Хадсон, когда они сели в черный лимузин, ожидавший их прибытия.

Алли сонно рассмеялась, свернувшись у него под боком.

– Ну да, конечно, я вонючая и липкая. Но это все твоя вина, так что тебе придется смириться.

Хадсон обнял Алли за плечи.

– Правда?

– Угу, - ее глаза закрылись сами собой.
– Не будь ты таким сексуальным монстром, я бы успела принять душ перед посадкой.

В груди Хадсона зародился низкий смешок.

– Виновен по всем пунктам, - он поцеловал ее в висок.
– Не слишком устраивайтесь, миссис Чейз. Нам недолго ехать.

Алли подняла голову и выглянула в окно.

– Мы уже близко?

– Нет. Но мы будем добираться не по земле.

Она села, как только они проехали через ворота небольшой пристани. Большинство лодок уже арендовали на день, но вдалеке Алли заметила покачивающийся на лазурных водах катер.

Как только они выбрались из лимузина, Хадсон провел ее к доку, где ждал служащий в униформе.

– Добро пожаловать, мистер и миссис Чейз, - сказал мужчина, протягивая руку.
– Меня зовут Рауль, и этим утром я буду вашим водителем, - Рауль покосился на яркое палящее солнце.
– Хотя уже день, наверное, - добавил он со смешком.
– Прошу, сюда.

Как только они устроились на лодке, мотор взревел, оживая, и считанные мгновения спустя они уже неслись по волнам Индийского океана. Алли не хотела засыпать, наслаждаясь окрестностями, не говоря уж о том, что то еще зрелище сидело рядом, держа ее за руку. Но усталость бессонной ночи и белый шум двигателя лодки составляли комбинацию, с которой сложно бороться. Двадцатипятиминутная поездка до курорта ей запомнилась смутно, поскольку Алли то засыпала, то просыпалась, и не успела она оглянуться, как они очутились в небольших доках. Извилистая тропинка, обрамленная густой листвой и яркими цветами гибискуса, вела к лобби на открытом воздухе. Открытые балки потолка образовывали остроконечную крышу, возвышавшуюся над кокосовыми пальмами, а сразу за стойкой регистрации мерцала лагуна, которая в утреннем свете солнца напоминала россыпь бриллиантов.