Шрифт:
С их двумя Тенями?
— Давай я поднимусь к айЭму и все расскажу? — услышал он себя, переведя взгляд на Мэри.
— Хочешь, чтобы я пошла с тобой? — отозвалась она.
— Да. Хочу.
***
айЭм пришел в себя и обнаружил на уровне глаз две пары обуви. Одна — огромная, размером с два кресла. Вторая — сникерсы от «Коуч», с черно-серым логотипом и липучками вместо шнуровки.
Подняв голову, он увидел Рейджа и Мэри.
— Который час?
Мэри опустилась на колени, и это стало первой подсказкой тому, что они пришли с плохими, очень плохими новостями.
Но заговорил именно Рейдж:
— айЭм… у нас есть все основания полагать, что твой брат сдался Королеве.
Мозг принял эти слова, скрипя извилинами, смысл сказанного не укладывался в его голове.
— Прости, что ты сказал?
Он сел, и бутылка, которую он прижимал к себе, откатилась к ботинкам Рейджа.
— Мы получили сообщение с Территории: Королева не собирается нападать на нас, потому что Трэз добровольно сдался с’Хисбэ…
— Господи Иисусе!
Подскочив на ноги, он оттолкнул пару и влетел в комнату брата. Кровать была не заправлена, шкаф открыт… и не было ни одного намека на присутствие Трэза.
— Нет… нет, мы должны были скрыться! — закричал он в пустоту. — Я же все устроил! Мы должны были исчезнуть!
Когда он развернулся, Рейдж и Мэри стояли в дверном проеме.
Голос Мэри был резким, будто она прекрасно понимала, что иначе он не станет ее слушать:
— Мы знаем, что ты соберешься за ним. Но перед тем, как…
Он направился к выходу, приготовившись снести их, если потребуется… как бы он ни ценил их заботу.
Но Рейдж схватил его за руку, отдергивая назад:
— Давай сперва обеспечим тебя оружием. И Лэсситер идет с тобой. Он может выходит на солнце.
Он собрался было возразить, когда подумал… ну, да.
— Мы в любом случае тебя прикроем, — сказал брат мрачно. — Ты — не один.
Мгновение айЭм не мог понять, что парень имел в виду… а потом до него дошло. Дерьмо. Если он отправится во Дворец и вызволит Трэза… то Королева, вероятней всего, в отместку нападет на Колдвелл.
И эти люди окажутся под осадой.
— Зачем он это сделал? — простонал айЭм. — Господи, ну зачем?
Мэри взяла его за руку.
— Должно быть, он узнал об угрозе. Должно быть, услышал что-то в доме.
айЭм закрыл глаза.
— Это нужно остановить. Всю эту чертовщину.
Потому что если Трэз по доброй воле принял свое проклятье? То парню придется жениться и заниматься сексом с единственной женщиной, которую когда-либо любил айЭм.
Вот такие они везунчики.
— Пошли, — сказал Рейдж. — Соберем тебе оружия в дорогу. Лэсситер уже ждет.
Все, что было дальше, пронеслось как в тумане. Спустились на второй этаж. Его грудь и бедра обвешаны кобурой и ножнами. Пистолеты. Ножи. Длинный кожаный плащ, прикрывавший большую часть оружия.
Потом они спустились в фойе, где его ждал падший ангел, декорированный примерно таким же образом, и в кои-то веки он не отпускал шуточки.
Прямо перед тем, как они покинули особняк, Ривендж подошел к нему и сжал в объятии.
— Мне придется остаться здесь. Если Тени нападут на Колдвелл, я должен командовать пожирателями грехов, которым придется защищать город в дневные часы.
Дерьмо. Личное несчастье его и его брата стало всеобщим.
— Мне так жаль, — сказал айЭм, окинув взглядом Братьев. Рофа. Остальных домочадцев. — Не могу поверить, что дошло до этого.
Рейдж покачал головой.
— Мы прикроем вас. Мы сделаем все, что необходимо, чтобы позаботиться о своих.
А потом с разговорами было покончено, и айЭм с Лэсситером, миновав вестибюль, вышли на парадные ступени особняка.
Падший ангел схватил его за руку.
— Готовься к полету.
Нахмурившись, айЭм перевел взгляд на мужчину с черными и светлыми волосами.
— О чем ты…
Его мгновенно поглотил солнечный свет, унося оттуда без какой-либо сознательной мысли или проявления его воли…
…унося к ненавистному ему дому и навстречу судьбе, против которой он сражался.
Глава 82
Камни были холодными и тяжелыми.
Пока Главный Астролог надевал на Катру слой за слоем сеть из бриллиантов, сапфиров, изумрудов и рубинов в платиновой оправе, дышать становилось все труднее.
Хотя, наверное, дело в том, что чудовищность происходящего опускалась на ее плечи, а не вес церемониальных мантий.
Последняя часть — платье Королевы — была тонкой вуалью, накрывшей ее лицо словно легкий ветерок.