5 марта — над Лиепаей был обстрелян немецкий самолет-разведчик.

17–18 марта — над Либавой и Полярным были обстреляны несколько раз немецкие самолеты-разведчики.

После 18 марта — вызван к И.В. Сталину и в присутствии Л.П. Берия получил выговор и приказание отменить распоряжение от 3 марта об открытии огня по самолетам-нарушителям.

29 марта — приказал ГМШ дать директиву на флоты: «Огонь не открывать, а высылать свои самолеты-истребители для посадки иностранных самолетов на аэродромы».

1 апреля — приказал командующим Дунайской и Пинской флотилиями усилить разведку.

Апрель — разработано Положение о тыле флота, в соответствии с которым признано, что «тылом флота является совокупность органов, осуществляющих материально-техническое обеспечение боевой деятельности кораблей, Военно-Воздушных Сил, береговой обороны и сухопутных частей флота».

6 мая — получил донесение военно-морского атташе в Берлине М.А. Воронцова о готовящемся вторжении немцев, назначенном на 14 мая. Направил записку И.В. Сталину.

7 мая — приказал установить дозоры в устье Финского залива, минные заграждения на подступах к Таллину и Ханко — силами ОВРа.

Весна — нарком ВМФ сделал вывод, что над нашим побережьем установлено наблюдение подводных лодок Германии, Финляндии и Румынии.

17 мая и 6 июня — Председатель ГВС ВМФ, нарком ВМФ Н.Г. Кузнецов утвердил решения ГВС, определяющие организацию работ по защите кораблей, предписывающие установку размагничивающих устройств на всех боевых кораблях в течение 1941 г., ускорение проектирования и создания на флотах испытательных стендов, оснащенных неконтактными минами и стационарной магнитоизмерительной аппаратурой, подготовку выделяемых флотами специалистов по размагничиванию кораблей и мин. — Пархоменко В.Н. // Роль академика А.П. Александрова в становлении защиты кораблей ВМФ. — В бр.: II Александровские чтения. 13 февраля 1996 г. РНЦ «Курчатовские лнститут». М., 1996. С. 18.

С начала 1941 г. и до начала войны — нарком ВМФ и ГМШ отправляли донесения И.В. Сталину и в Генеральный штаб с информацией о подготовке немцев к войне, поступавшей из различных источников.

5 июня — издал приказ, обязывающий «об обнаруженных недочетах фактической оперативной готовности корабля, части, соединения, флота доносить мне как о чрезвычайном происшествии, выявлять лиц, проводивших последнюю проверку, и строго наказывать за случаи притупления внимания и очковтирательские заключения».

13 июня — доложил И.В. Сталину факты, о которых ранее докладывал в Генеральный Штаб и наркомат обороны, о выводе всех немецких кораблей из советских портов и просил разрешить вывести все советские корабли из немецких портов, чем вызвал его крайнее неудовольствие. По этому случаю секретарь И.В. Сталина А.Н. Поскребышев зафиксировал в телефонограмме: «Сегодня (14 июня. — Р.К.) Сталина И.В. в Кремле посетил адмирал Н.Г. Кузнецов. В докладе он упомянул, предоставив даже статистические данные, о выводе всех немецких кораблей из советских портов и просил разрешения вывести все советские корабли из немецких. «Хозяин» выпроводил его вон. Неужели адмирал не читал сегодняшнее сообщение ТАСС, опровергающее провокационные слухи о нападении Германии на Советский Союз? Всюду провокации… Все наши враги и ложные друзья пытаются стравить нас с Гитлером в своих интересах…»

14 июня — в газетах опубликовано сообщение ТАСС, опровергающее слухи о нападении Германии на СССР

Приказал всем флотам перейти на боевую готовность № 2, базам и соединениям — рассредоточить силы и усилить наблюдение за водой и воздухом, запретить увольнение личного состава из частей и с кораблей. Корабли приняли необходимые запасы, привели в порядок материальную часть, было установлено определенное дежурство. Весь личный состав остался на кораблях. Была усилена политработа среди краснофлотцев в духе постоянной готовности встретить и отразить нападение врага.

Июнь — направил начальника ГМШ ВМФ И.С.Исакова на ЧФ для участия в военных учениях, проводившихся с целью отработки высадки десанта и его отражения.

14 июня — в соответствии с решением ГВС ВМФ от 6 июня (председатель Совета — нарком Н.Г. Кузнецов) издан приказ по НК ВМФ о создании комиссии по регулированию и приемке размагничивающего устройства линкора «Марат». Приказ предписывал произвести с 20 по 26 июня измерения магнитного поля корабля и его прохождение над индукционными минами, а в III квартале 1941 г. провести контрольные стрельбы неконтактными торпедами. В комиссию вошли от НТК ВМФ: Б.В. Хорошкин (председатель), Б.Е. Годзевич (заместитель), И.В. Климов, от НИМТИ ВМФ — П.И. Смирнов, от ЦКБ НКСП — B.C. Евдокимов, от ЛФТИ — А.П. Александров, от ЦНИИ НКСП — И.И. Дехтяр. К работе комиссии были привлечены сотрудники ЛФТИ П.Г. Степанов, В.Р. Регель, Г.Я. Щепкин, К.К. Щербо, Д.В. Филиппов, от ЦНИИНКСП — И.М. Фомин. Таким образом, решения ГВС ВМФ создавали к началу войны предпосылки к обеспечению защиты кораблей от магнитных мин противника. (О конкретных мерах см.: Ткаченко Б.А. История размагничивания кораблей советского Военно-морского флота. Л.: Наука, 1981. С. 42–47.)

20 июня — ГВС ВМФ (председатель Н.Г. Кузнецов) принял решение об ускорении строительства военно-морских баз, особенно для Северного флота, об усилении противовоздушной обороны флота, разведки и дозорной службы, об увеличении состава Северного флота.

До начала войны — разработаны и введены в действие на всех флотах «Наставления» по организации боевой деятельности Военно-Воздушных Сил, подводных лодок и различных классов надводных кораблей.

21 июня (в 21.50) — связался с флотами, узнал обстановку и приказал (по телефону) действовать, без промедления при получении приказа о переходе на высшую боевую готовность.