Сестра нахмурилась и уставилась на Адель поверх очков.

— Это возможно сделать, но я не могу устроить перевод, не зная реальных причин. Я вижу, что вы очень взволнованны, и я не верю, что такая девушка, как вы, может попасть в какую-нибудь криминальную историю. Поэтому доверьтесь мне, Талбот, это не выйдет за пределы этих стен.

Адель знала, что старшая сестра — женщина чести. И хотя она была строгой и жесткой с теми медсестрами, которые, по ее мнению, позорили профессию медсестры, она была справедливой и часто удивительно доброй. Адель знала, что без ее помощи у нее нет ни одного шанса закончить учебу в другой больнице. Возможно, придется рассказать ей правду.

— Мужчина, который заходил ко мне вчера, — мой отец, — сказала она. — А еще он отец Майкла — летчика, с которым я обручена.

Даже говоря это, Адель все еще не верила, что с ней могло случиться нечто подобное. Старшая сестра была поражена.

Адель объяснила самую суть вопроса и сказала, что она, конечно, должна перестать встречаться с Майклом. На этом месте она расплакалась, и сестра обошла вокруг своего стола и потрепала ее по плечу.

— Я понимаю, — сказала она. — Это ситуация исключительная. Я предполагаю, вы боитесь, что, поскольку Майкл ничего об этом не знает, он будет продолжать приходить сюда увидеться с вами?

Адель кивнула.

— Я не могу с ним встретиться, я могу не выдержать и рассказать ему, и для всех будет лучше, если я просто исчезну.

Старшая сестра снова села за свой стол. Она какое-то время молчала и, казалось, была погружена в свои мысли.

— Было бы очень жестоко бросить молодого человека безо всяких объяснений, — сказала она через несколько минут. — И я не согласна с мнением его отца, что Майклу будет хуже, если он узнает правду. А что по поводу вашей бабушки? Вы и от нее намеревались ускользнуть, не сказав, где будете находиться?

— Мне пришлось бы это сделать на какое-то время, — сказала Адель, ломая руки. — Она первый человек, к которому пойдет Майкл, как только обнаружит, что я уехала отсюда.

— Адель, все это не ваша вина, — сказала старшая сестра, назвав ее по имени, что свидетельствовало о ее искреннем сочувствии. — Я в ужасе от того, что отец Майкла заставляет страдать тебя и тех, кого ты любишь, а сам при этом остается безнаказанным.

— Но это причинит боль еще многим людям, если правда обнаружится, — настаивала Адель. — Матери Майкла, его брату и сестре. А что люди станут говорить обо мне и о моей матери? Действительно, будет лучше, если никто ни о чем не узнает. Я думала об этом всю ночь, и я знаю, что права.

— Но ваша бабушка будет беспокоиться о вас. Не заставляйте ее так страдать, — сказала старшая сестра.

— Я могу написать ей письмо, — сказала Адель в отчаянии. — Сказать, что я передумала насчет Майкла и уехала на время, пока он это переживет. Я могу продолжать посылать ей записки, чтобы она знала, что у меня все в порядке.

— А Майклу вы тоже напишете?

— Да, конечно. Я скажу, что поняла, что он мне не пара.

Сестра глубоко вздохнула и в отчаянии покачала головой.

— Все это кажется мне неправильным, — сказала она. — Но Я вижу, что вам будет неудобно оставаться в этой больнице при таких обстоятельствах. Есть у меня одна подруга, она старшая сестра в Лондонской больнице в Уайтчепел, ей тоже очень нужны хорошие медсестры. Я могла бы позвонить ей и узнать, примет ли она вас.

— О, спасибо вам, сестра, — сказала с благодарностью Адель, и у нее по щекам покатились слезы. — Но вы ведь не расскажете ей все это, правда?

— Конечно нет, мы достаточно близкие подруги, чтобы она доверяла моему мнению без объяснений. А теперь возвращайтесь в вашу комнату, я зайду к вам позже, как только поговорю с ней.

— Мне нужно уехать сегодня, — сказала Адель, глотая слезы.

Старшая сестра кивнула.

— Оставьте это мне. Я пришлю кого-нибудь принести вам в комнату завтрак. Вы должны есть, даже если не хотите.

В три часа в тот же день Адель выехала из общежития с чемоданом и направилась на вокзал. Старшая сестра уладила вопрос с Лондонской больницей и еще пообещала, что если Майкл позвонит или придет, она поговорит с ним сама и скажет, что Адель уехала по личным причинам. Остальным медсестрам скажут то же самое.

Адель написала Майклу и бабушке и бросила письма в первый же ящик, мимо которого проходила. Их было очень трудно писать — она знала, что не должна позволить им думать, что она расстроена, но не должна была и проявить бездушие к их чувствам. Майклу она могла только сказать, что ошиблась и поняла, что он ей не пара, или она ему. Что она уезжает в другой город жить и работать там и что он должен забыть о ней.

Она написала примерно то же самое бабушке про Майкла, но объяснила, что не может раскрыть, где находится, пока он не перестанет искать ее. Она умоляла ее не беспокоиться и сказала, что будет посылать письма, чтобы бабушка знала, что она в безопасности. Она написала ей, что любит ее и что ее самые лучшие воспоминания в жизни — это жизнь с ней на болотах. В конце она написала, чтобы Хонор не думала, что история повторяется, что она не Роуз и скоро свяжется с ней.