– Ты умеешь готовить?

– Обижаешь. Я даже торты пеку. Мама считала, что каждая женщина должна уметь готовить, шить, вязать и вышивать. Но меня хватило только на готовку.

– Неужели она все умела?

– Она была совершенством. Ты бы видел, какие клумбы она выделывала в саду. Ей бы ландшафтным дизайнером быть.

Женя не помнила, когда в последний раз говорила о матери. Впервые воспоминания не причиняли боли, а вызывали лишь теплую грусть. Ей было приятно выуживать из памяти драгоценные мелочи.

Олег потрогал сделанного из лоскутов и соломки домового, охраняющего полку со специями.

– Забавный чудик.

– Это домовик. Его тоже мама сделала, – сказала Женя и тихо добавила: – На счастье.

– Э-э-э, ты опять надумала повесить нос? – забеспокоился Олег.

– Нет, это другое. Я вдруг поняла, как соскучилась по этому дому.

Их разговор прервал громкий стук в дверь. Уютную атмосферу мгновенно накрыла волна страха.

– Отпирать не будем. Дверь они не выломают, – сказала Женя.

– Это не выход. На купленных харчах недельку мы, может, и продержимся. А дальше? – спросил Олег.

– Вызвоню кого-нибудь из друзей. Приглашу их на пикник большой оравой. Народ любит шумные тусовки.

Из гостиной было не разглядеть, кто стоит на крыльце. Олег приоткрыл дверь на веранду.

– Не высовывайся, – предостерегла Женя.

– Там какой-то незнакомый мужик.

Женя оттеснила Олега и, увидев человека в линялом пуховике, вздохнула с облегчением.

– Это сторож.

Она открыла дверь, пропуская в дом нежданного гостя.

– Привет, дядя Миша.

Мужчина вгляделся в девушку и удивленно воскликнул:

– Ух ты! Неужели, Женя? Выросла как. Но тебя ни с кем не спутаешь. Вылитая мать. Давненько тебя не было.

– Да как-то некогда было.

– Сейчас молодежь вся деловая. А я думаю, дай посмотрю. Может, озорует кто. Тут ведь глаз да глаз.

– Дядь Миш, у меня к тебе просьба. Если кто-нибудь сюда поедет, звякни мне по телефону. Я тебе номер дам.

– Понятно. Дело молодое, – ухмыльнулся сторож, многозначительно подмигнув Олегу. – Ну ладно, мешать не буду.

Выходя, он шутливо погрозил Жене пальцем.

– Ух! Как была сорванцом, так сорванцом и осталась.

Проводив визитера, Женя с Олегом обменялись взглядами и дружно рассмеялись. После пережитого стресса требовалась разрядка. Отсмеявшись, Олег сказал:

– Честно сказать, я перетрухнул.

– А как я испугалась!

– А почему ты решила, что здесь нас искать не будут?

– После катастрофы я боялась сюда приезжать. Если бы не ты, мне бы до сих пор в каждом углу мерещились призраки.

Женя принюхалась и вдруг спохватилась:

– Ой, сейчас все подгорит!

Она ринулась на кухню.

Олег помогал Жене накрывать на стол. Он отметил, что Женя сервирует его по всем правилам этикета. Причем в этом не было ничего нарочитого. Чувствовалось, что для нее это дело привычки. Она не переставала удивлять, каждый раз открываясь с новой стороны.

– Вкусно! – похвалил Олег, попробовав ее стряпню.

– Просто мы очень голодные, – засмеялась Женя. – Если бы дядя Миша задержался, мы бы ели угольки. Представляешь, он думает, у нас тут свидание.

Олег хмыкнул.

– Чего ухмыляешься? Натурально подумал.

– Ты будешь смеяться, но когда-нибудь я сделаю тебе предложение, – то ли в шутку, то ли всерьез сказал Олег.

Женя посмотрела ему в глаза.

– Ты будешь смеяться, но я соглашусь.

В комнате было светло от искрящегося за окнами снега. Остатки недоеденного ужина давно остыли на тарелках. Олег прижимал к себе Женю, и у него в душе разливалось ликование. Он встретил ту единственную, о которой мечтает каждый, ради которой он был готов пойти в огонь и в воду, на край света и дальше. Теперь его влюбленность в Машу казалась глупой ошибкой.

Женя приподняла голову и посмотрела на Олега. С ее экзотической красотой и стрижкой каре она походила на египетских цариц.

– Ты прямо как Клеопатра, – сказал Олег.

– Нет. Теперь нет. Она плохо кончила, а я хочу жить! Ты не представляешь, как я хочу жить!

– Долго и счастливо, – подхватил Олег.

– Ты ведь ничего не знаешь. Я была такая дура! После той автокатастрофы меня постоянно тянуло на экстрим.

– Я это заметил по тому, как ты водишь машину, – улыбнулся Олег.