Зачаровал ли его цветок, или же просто кто-то убил, закопав. Видела ли я этот кровавый цветок, безудержно тянувшийся к моим венам, или это была игра воображения маленького ребенка… Я не знаю. Знаю лишь то, что сегодня в той самой газете, внутри листов, я нашла тот самый пустой зеленый стебель, что пропал. Он полный, наверняка тяжелый и у него яркий зеленый цвет.

Я боюсь его касаться. Так что пусть лежит внутри… Надеюсь, в газету не заглянет мой внук.

4. Исправления - мой конек.

Стоило мне прочитать первую строчку самого рассказа, как тут же возникло желание убить автора, желательно приложить его головой к топору или наоборот (от перемены мест слагаемых…).

В такие минуты хочется спросить у автора рассказа: "почему, прежде чем выкладывать, он (а скорее всего «она») не удосужился прочитать свою работу?", или это какая-то особенность начинающих писателей на этом сайте? Видимо, люди считают, их рассказы настолько великолепны, что даже перепроверять ничего не надо. Достаточно одной музы за спиной…

Так что, взяв в свои сладострастные лапки жизнь этого "Кровавого цветка", я принялся с изумляющей быстротой отмечать ошибки. Если бы публичная бета могла загореться от моего пыла – сайт превратился бы в пепел.

«в скором времени наступившего утра» , - выделив сие безобразие, которое испортило мне настрой еще в самом начале чтения, я выдохнул и стал строчить описание ошибки.

«Время, автор, прошу Вас следить за временем. Желательно сейчас же показать мне пальцем на часы, пока я не сошел с ума.

Под словами "в скором времени" подразумевается будущее время, а слово "наступившего" уже написано в настоящем! Определитесь».

«сминающий под собой горизонт»…

Можно я умру? А всего лишь строчку назад я слышал не то же самое слово? У меня двоится?

«Масло масляное маслом маслит маслят» , - написал я, в объяснении к данной тавтологии, с надеждой, что с другой стороны монитора не сидит девятилетняя девочка, рыдая в подушку, орошая ее горькими слезами.

«противоположностоящих домов»– не сказать, что ошибка, просто слово больно уж не вписывается в общий стиль повествования, который, на мое удивление не так уж и плох.

«Противоположномыслящих, противоположнопонимающих, противоположносидящих…

Как много букв в одном не очень приятном для слуха слове. "Домов, стоящих напротив" – звучит куда лучше, не правда ли?»

«Проскользнув через забор» – вот тут слов просто нет. Хотя, что я вру? Есть!

«Какой скользкий верх у забора! Маслом тем самым смазали? Или я ошибаюсь?» – все же я злой, написать такое… А там, наверняка, уже затопило нижние этажи. Соседи автора не рады, что живут под ее квартирой, собака плавает в океане слез, а сама девочка иссохшая сидит на постели, поджав ноги, и икает.

«Он потом вечность преследовал меня вместе с той луной, что следила за мной, пока я бежала к дому».

Я идиот? Или это предложение не имеет смысла? Или имеет, но такой, что разум за разум заходит, погоняя здравым смыслом, который давно пытается скрыться за поворотом…

Написал же я следующее: «Вечность? Или пока героиня бежала до дома? Или она вечность бежала? Мастер спорта в беге, не иначе! Какая стойкость духа…»

«Цветок прильнул к моей ране и с истошной радостью впитывал капли крови».

Как же у меня чешутся сейчас руки, чтобы эти самые конечности оторвать у самого автора, за столь режущую взор ошибку.

«Новый вид радости! Почти бесплатно, за пять копеек! Новый вид радости! Не проходите мимо!» – имитация моего настоящего истерического припадка, так как ближайшие пять минут я пытался остановить собственный безудержный смех, которым разбудил весь дом.

Некоторое время я объяснялся с мамой, что: нет, не сошел с ума; да, в курсе, что сейчас час ночи; нет, не хотел ее так резко вытащить из сна; да, она имеет право злиться… и все в таком духе.