– Нет.

– То есть как?
– удивился Сутурин.

– А вот так. Мы только что приехали, здесь безопасно - этого мне достаточно.

– Именно поэтому мы и должны отыскать ещё кого-нибудь!
– воскликнул Леонид.
– Разве можно сейчас отсиживаться в убежище?

– Почему бы и нет?
– пожал плечами Афанасьев.

Сутурин растерянно смотрел на него, не зная, что сказать.

– Что, считаешь меня трусом?
– усмехнулся Михаил.

– Я считаю, что ты не в себе из-за сына.

– Да!
– смахнув телефон на пол, крикнул парень.
– Я не спас своего ребёнка! Так какого чёрта я буду рисковать из-за посторонних, колеся по городу среди пожаров и завалов? Ладно бы мы знали, куда ехать - а искать самим... Уволь, дружище - это без меня.

Леонид фыркнул и произнёс:

– Поступай, как считаешь нужным. Но я поеду. И для этого мне понадобится твоя машина.

– Погоди...

– Тебе-то она зачем?

– А откуда мне знать, что ты не смоешься?
– сузил глаза Михаил - Ты же хотел уехать из города.

– Это было раньше. Слишком уж всё внезапно началось. Теперь я понимаю, что твоя идея насчёт этого дома правильная. Здесь вполне можно укрепиться, и я обязательно сюда вернусь.

– Если не подохнешь там.

– Пусть так!
– Сутурин тоже решил выпустить пар на телефоне и ударом ноги отправил его в угол.

На Афанасьева неожиданно навалилась усталость. Прижав пальцы к вискам, он закрыл глаза и произнёс:

– Ладно, можешь взять машину. Одно условие - вывези отсюда труп хозяйки.

– По-моему, это излишне...

– Это не просьба. Мне здесь разлагающийся труп не нужен.

– Можно её похоронить, места на участке достаточно.

– Нет!
– Михаил открыл глаза.
– Вон - и точка.

– Хорошо, - вздохнул Леонид.
– А как насчёт собаки?

– Надо и её убить, - сказал Афанасьев и смягчившимся голосом прибавил: - Было бы чем. Ствол же мы пока не нашли.

– Я попробую раздобыть оружие в городе. В милиции, например.

– Наконец-то убедительная причина дать тебе машину.

Мужчины спустились на первый этаж. Тело женщины лежало там, где они его оставили, в луже серой слизи, всё ещё продолжающей сочиться из ран. Сутурин открыл шкаф, стоящий в прихожей, и, покопавшись в нём, достал мужские перчатки. Протянул их Михаилу, сам надел рукавицы, и открыл входную дверь. Леонид снова пересёкся взглядом с псом, по-прежнему остающимся равнодушным, и взял женщину за руки. Парень поступил так же с её ногами, и они вынесли труп из дома.

Косясь на собаку, мужчины подошли к "Волге". Сутурин ненадолго отпустил тело, чтобы открыть дверь, и помог Афанасьеву затолкнуть его в грузовой отсек.

– Хорошо бы отмыть потом, - хмыкнул Михаил.

– Не вопрос. А ты вытри всю ту гадость, что натекла с трупа в прихожей, - парировал Сутурин, садясь за руль.
– Пока вода есть.

На это Афанасьеву возразить было нечего, и ему оставалось лишь мрачно кивнуть.

– Когда я вернусь, посигналю. Будь готов впустить меня в ту же минуту. По рукам?

– Да, - Михаил наклонился к окну.
– И ещё кое-что. Если получится, захвати сигарет. Страсть как хочется курить, а я так и не успел купить пачку.

– Ладно, - кивнул Леонид.
– Это можно.

Выпуская "Волгу", Михаил позволил себе выглянуть.

К его удивлению, улица была пуста.

* * *

Резкий звон разбивающегося стекла и дребезг падающих на пол больших осколков разорвал тишину в квартире.

Татьяна подскочила на диване и увидела мужчину, разбившего окно балконной двери и уже пролезающего в комнату. Женщину бросило в жар и сразу окатило ледяной волной. Она нащупывала пистолет, не в силах отвести глаз от серого лица человека, которое показалось ей знакомым.

Он неотрывно смотрел на неё, и даже когда перебирался через проём, старался не терять жертву из виду. Встав в полный рост (осколки захрустели под его ногами), мужчина направился к Татьяне.

Она, наконец, смогла сориентироваться и схватила оружие. Времени на прицеливание у неё не было, поэтому она выстрелила почти наобум.

Противник остановился, схватившись за левое плечо. Между пальцев потекла серая кровь. Он замер лишь на секунду, после чего снова двинулся к женщине.

На этот раз она нажала на спусковой крючок с большей уверенностью.