Он пока не принял решение о помощи человеку в глобальном масштабе, но и вредить человеку Он не хотел. Он понимал, что если будет использовать внушение на уровне мысли, то уподобится тем механизмам, которые на протяжении многих триллионов лет толкали человека по пути деградации.

***

Спустя неделю после описываемых событий, президент холдинга «Агропромбизнес» Николай Валерьевич Крутов сидел за своим рабочим столом, крепко обхватив голову руками. Он был в шоке. Почти в ужасе. У него на столе лежало несколько документов, а на мониторе компьютера была открыта одна из страниц очень большого отчета, подготовленного для него новым начальником его службы безопасности.

Состояние Николая Валерьевича объяснялось изучением предоставленных ему материалов, из которых он понял, что прикоснулся к одной из таких тайн, носители которых редко умирают собственной смертью. Но не это так испугало бизнесмена...

После ухода не совсем понятного для Николая Валерьевича посетителя, глава холдинга, к его чести, достаточно быстро вышел из замешательства и взял себя в руки. Он отбросил в сторону все необъяснимые явления, которые он увидел, и обратил внимание на один весьма рациональный момент. А именно - совет визитёра выяснить, зачем заказчику понадобился искомый документ и, следуя совету, Николай Валерьевич отдал необходимые распоряжения. На сбор и обработку данных должно было уйти около месяца, но уже первый поток информации оказался настолько важным, что новый начальник службы безопасности счел необходимым немедленно доложить о нём своему шефу.

Собственно, самим документом была обычная старая тетрадь одного из многочисленных советских ученых, уже давно завершивших своё бренное существование в одном из подразделений знаменитого ГУЛАГа. Этот учёный каким-то непостижимым образом сумел передать кое-что из своих записей своему другу на воле, внуком которого и был тот несчастный, шесть лет назад оказавшийся в состоянии комы от «непринужденных бесед» с заплечных дел мастерами. Где находится та тетрадь, выяснить пока не удалось, но в ходе расследования стало ясно, над чем конкретно работал тот учёный, и что могло быть в той тетради. Эта информация и привела Николая Валерьевича в паническое состояние.

С самых незапамятных времён человечество интересовал вопрос - как быстрее и эффективнее уничтожить ближнего своего. Собственно, по истории создания и совершенства средств для воплощения этой идеи можно проследить всю историю человечества. Оружие всегда принимало самое непосредственное участие во всех поворотных моментах истории, а в XX веке и вовсе предопределило ход научно-технического прогресса. Методы уничтожения собратьев достигли такой эффективности, что сам человеческий род оказался на грани исчезновения, но даже эта угроза не остановила некоторые безумные умы на этой планете. Почти любое научное открытие пропускалось через призму пригодности открытого явления для создания оружия. Именно над таким явлением и работал тот старый ученый.

Еще со времен работы супругов Кюри известно о таком превращении материи, как «аннигиляция», но до сих пор перед его использованием на практике стоит две пока неразрешимых проблемы: почти невозможно и невероятно дорого создать достаточное количество антивещества, почти невозможно и невероятно дорого долго хранить антивещество. Однако если эти проблемы удалось бы преодолеть, то контакт одного килограмма антиматерии с материей, привёл бы к выделению энергии, почти равной той «Кузькиной матери», испытанной на Новой земле при Хрущеве, мощность которой равнялась взрыву 58 мегатонн тротила. Это при том, что вес той бомбы составлял двадцать семь тонн, и для её доставки к месту испытаний потребовалось весьма опасным образом переоборудовать самолет.

Именно об этом явлении и делал записи тот ученый.

Собственно, трудился он еще в тридцатые годы прошлого столетия совсем над другой проблемой в одной из предоставленных ему лабораторий, а явление аннигиляции поначалу не было оценено должным образом его руководством, поэтому он записывал свои измышления в тетрадь в частном порядке, не проводя никаких экспериментов. Далее, как удалось выяснить, ученый осознал, какие бедствия может принести человечеству использование этого открытия, но, к его несчастью, в этом разобралось и его руководство. Он прекратил все работы, его попытались заставить, но, поскольку возраста он был уже весьма преклонного, его организм не выдержал пыток, и работы были прекращены, собственно, даже и не начавшись. Потом война отодвинула в сторону все проблемы, не дававшие немедленного результата, и об этих исследованиях забыли. Вспомнили о них значительно позже, - уже после того, как стало ясно, что имея самую мощную в мире атомную бомбу, Советский Союз почти ничем не мог угрожать Америке, поскольку не имел возможности доставить эту бомбу на территорию бывшего союзника. Начались работы по восстановлению и систематизации материалов, над которыми работал покойный ученый, и в ходе них стало ясно, что самая важная часть записей пропала. Поиск застопорился и принял вялотекущий характер. С годами Советскому Союзу удалось-таки добиться ядерного паритета с Америкой, но экономика СССР в ходе этой гонки оказалась настолько надломленной, что руководство страны погрузилось в более серьезные проблемы, и поиск прекратился.

Нельзя сказать, что все исследования в этой области ограничивались розыском потерянных материалов. Нет, совсем нет. Но все разработки говорили о том, что указанные проблемы на данном этапе развития науки и техники являются неразрешимыми и это подтверждалось разведывательными данными - ученые за рубежом тоже пока не знали, как преодолеть два основных барьера. Поэтому в то, что в исчезнувших материалах могли быть ценные данные, верилось всё меньше и меньше.

Изучив отчет, Николай Валерьевич понял главный момент - если его поиски увенчаются успехом и в тетради и вправду окажется то, на что надеялся заказчик, то он, во-первых, сразу станет лишним носителем тайны невероятной глубины, и будет ликвидирован, во-вторых, станет причастным к созданию оружия, способного в одно мгновение уничтожить всю планету. А к этому, несмотря на своё преступное прошлое, он готов не был и не желал этого. Вслед за этим осознанием, у него тут же появился вопрос: каким образом заказ столь невероятной степени важности мог попасть к нему - бывшему, хоть и не совсем рядовому бандиту, но всё же человеку, достаточно далёкому от политических интриг? Вот тут-то и выплыла на сцену личность его бывшего начальника службы безопасности, поскольку, именно через него нынешний президент холдинга получил заказ от чиновника. Оказалось, что в советское время, когда «Большой брат» находился в расцвете сил, правая рука Николая Валерьевича был весьма высокопоставленным офицером этой структуры и занимался именно этим вопросом - поиском утраченных материалов. Потом, после перестройки и конца коммунистического режима, он, как и многие его сослуживцы, ушел в коммерцию, но о своей работе не забыл, и когда подвернулась возможность на этом хорошо заработать, подбросил идею одному своему бывшему коллеге, удачно пролезшему в структуры власти. Этим бывшим коллегой и был тот чиновник, столь любезно предложивший Николаю Валерьевичу «обеспечить себе достойную старость».

Переварив как следует полученную информацию, и слегка оправившись от шока, президент холдинга начал обдумывать, как выпутаться из той ситуации, в которую он попал. Собственно, ни о каких поисках тетради речь больше не шла. Была ли в ней нужная заинтересованным структурам информация, или нет - значения больше не имело. Мелькнувшая было мысль о подделке документа тут же была отброшена: на том уровне, куда не совсем по своей воле попал Николай Валерьевич, подделку обязательно обнаружили бы, и тогда его ждала бы не просто смерть, а смерть после дознания и пыток.