— Даш! — заорал кто-то за дверью и тут же забарабанил по ней кулаком. — Даша, открывай!

Проигнорировала настырную гостью, прекрасно сознавая, что Кристи просто так не уйдет.

Пусть что хочет говорит, а до вечера я предоставлена самой себе и могу делать все, что моей бедовой головушке заблагорассудится.

— Если не откроешь, я возьму у администратора ключ и поверь, она мне его даст! — кричала девушка.

Тяжело вздохнула и поплелась открывать.

— Ого! — обомлела подруга, — ну, и видок у тебя!

Не сомневалась, что выгляжу чудовищно, поэтому просто пожала плечами и поплелась обратно в комнату, чтобы плюхнуться в кровать и укрыться с головой.

— Дааш, ну, Даша! — капризным голосом звала меня Кристи, — я больше не собираюсь подыгрывать вам с братом и делать вид, что понимаю причину вашего расставания. Вы же расстались?

— Нет, — буркнула я из-под одеяла, — официально, нет, — уточнила оттуда же.

— Почему? — только и спросила сестра Домового. — Я знаю, что он не подарок, что часто рубит с плеча и категорично отстаивает свою точку зрения, это у него от отца, но ведь Ростик любит тебя.

Застонала, высовывая нос наружу.

— Кристи, мы никогда не найдем с ним общий язык, это просто невозможно! Я пыталась, Домовой, видимо, тоже, но у нас ничего не получается, понимаешь?

— Может, вы недостаточно стараетесь? — полюбопытствовала девушка. — Ростик так привык отстаивать свое мнение в семье перед отцом и мамой на повышенных тонах и чуть не с кулаками, что это отразилось на его характере. Пойми, один хочет, чтобы он стал политиком, другая, чтобы школьным учителем.

— И поэтому он подался в футболисты? — хмыкаю в ответ.

— Не знаю, — пожала плечами Кристи, — скорее, спортивная секция стала для него своеобразной отдушиной, местом, куда он мог сбегать от родителей практически каждый вечер. Так и пошло.

Я уже сидела на кровати и с любопытством внимала словам Кристи.

— Он никогда не рассказывал мне о себе таких подробностей, никогда не делился личными проблемами, но обижался, когда я не хотела откровенничать в ответ на его искреннюю заботу. — Поделилась с девушкой подробностями наших с Домовым отношений. — А я не смогла открыться и понять его. И знаешь, — покачала головой, — у нас все равно ничего бы не поучилось.

Кристи хотела возразить, но я ее остановила.

— Просто потому, что он никому не доверяет и постоянно боится предательства, как, в принципе, и я. Кофе хочешь?

Подруга обреченно махнула рукой.

— Иди ты со своим кофе, налей лучше выпить.

Я рассмеялась.

— У меня полный бар спиртного, даже виски есть.

— Нет, — скривилась Кристи, — нам с тобой еще на сцене выступать вечером, даже не думай напиваться.

Про себя отметила сходство девушки со своей мамой, ее запредельную ответственность и серьезность, которая была семейной чертой и сближала Домового и Кристи. Она, скорее всего, выберет педагогический университет и станет отличной директрисой в будущем, ну, или покорит сердце заезжего европейца, выскочит за него замуж и поселиться где-нибудь в Париже.

— Ты чего так блаженно улыбаешься? — спросила девушка, разливая по бокалам вино и нарезая тонкими ломтиками сыр.

— Представила тебя в шляпе с огромными полями и строгом платье до колен, поедающую на завтрак «камамбер».

— Бее, — высунула Кристи язык. — С чего вдруг?

Пожала плечом.

— Понятия не имею.

— На вот, — сунула мне бокал в руки, — выпей!

— С утра? На голодный желудок? Споить меня решила? — прищурила я глаза, на что подруга совершенно серьезно отрицательно покачала головой.

Все-таки, чувства юмора им не хватает, — подумала про брата и сестру, — Домовой в этом так далек от Дениса.

— Ты на вечеринку к Димуру в чем пойдешь? — сменила девушка тему. — Не в платье Белоснежки, надеюсь.

В притворном ужасе округлила глаза.

— Я до сих пор не могу отойти от шока, — ткнула в сторону наряда, упакованного в футляр. — Денис явно был не в себе, когда создавал ЭТО!

— А мне кажется, — лукаво улыбнулась Кристи, — он просто хотел, чтобы парни в актовом зале истекли слюной! Ты же просто красавица, а в этом платье неотразима, шикарна, сногсшиб…баема, — запнулась девушка и засмеялась.

Блондин не стал придерживаться традиций и сшил для меня что-то похожее на наряд венецианской куртизанки, а никак не Белоснежки. Домовой был в ярости, когда я впервые надела блузку с рукавами-фонариками и корсет, приподнимавший мою грудь и оголявший ее на треть, зато Волк не поднимал глаз от полукруглого выреза, чем сильно меня смущал.

— Вот! — вспомнила я еще одну причину, по которой мы не могли быть с Домовым, — твой брат настоящий ревнивец и готов испепелить меня взглядом за один только телефонный разговор с Денисом.