— Мда, — опустошила Кристи бокал с вином и потянулась за бутылкой, — все даже хуже, чем я себе представляла, поэтому давай просто отметим наше успешное окончание второй четверти и скорые каникулы.

Я чокнулась с девушкой своим бокалом и пригубила вино, которое разлилось по телу горячей волной.

— Обещай, что придешь сегодня к Димуру? — попросила Кристи.

— Обещаю, — кивнула ей неуверенно.

— Тогда я, пожалуй, пойду. Мне еще свой костюм отгладить нужно, все отрепетировать, чтобы не разочаровать маму.

Я вздохнула.

— Ты не можешь кого бы то ни было разочаровать, Кристи! В твоем исполнении Злобная Королева неотразима, правдоподобна и…

— Злобна! — засмеялась подруга. — Знаю-знаю, но все равно страшно.

Я хотела сказать, что мне тоже, но не смогла. Бояться выступления на сцене было абсурдно, когда с тобой не разговаривает родная мать и до боли в сердце хочется поцеловать одного высокого упрямого брюнета с огромными карими глазами и ямочкой на подбородке, который в упор не видит, как сильно я из-за него страдаю.

Чмокнула Кристи в щеку и закрыла за ней дверь. Голова немного кружилась от выпитого вина, захотелось принять душ и почистить зубы, что я и сделала.

До вечера еще целых пять часов, успею выбрать наряд на вечеринку и привести себя в порядок. Да, и для кого наряжаться, если Домовой вряд ли посмотрит в мою сторону за весь вечер?

В итоге я залезла в кровать, чтобы проснуться за пару часов до того момента, как нужно было выходить из дома. Настрой на вечеринку так и не появился, поэтому я просто уложила волосы в высокую прическу, выпила кофе с круассанами, размороженными в микроволновке, и облачилась в черные обтягивающие брючки и белую тунику с зелеными разводами, которую недавно прислал с курьером Денис. Подарки в виде маек с пайетками, сумочек из натуральной кожи и даже головных уборов всевозможных форм и размеров были излюбленной формой заботы обо мне блондином.

— Считай, что так я заменяю тебе собственные поцелуи в щечку, — шутил он не раз, разговаривая со мной по телефону.

Кстати, вчера вечером Денис не смог толком поговорить со мной, потому что снова был сильно занят в студии, но сказал, что на Новый год ждет меня у себя дома. Поэтому я вышла в интернет и заказала себе билет на самолет, а уж потом залилась горькими слезами по поводу того, что никто даже не огорчиться моему отсутствию здесь.

Ну, хватит причитать! — оборвала свой внутренний монолог. — Отыграю спектакль, отсижу пару часов у Димура, и можно будет со спокойной совестью лететь домой.

Отчего-то мысли о студии «Пафос» грели больше, чем воспоминания о старом покосившемся деревянном тереме бабушки и дедушки.

Но грустные воспоминания пришлось заткнуть в дальний угол сознания, потому что у входа уже ждало такси. Сервис здесь был на высшем уровне.

— Оуч! — озвучил свое появление Волк, врываясь в женскую гримерку, — клевые труселя!

Я чуть не проглотила язык от возмущения, но все же нашла в себе силы, чтобы запустить в парня пудреницей и прикрыться желтой шелковой юбкой от костюма Белоснежки.

— Какого х. на ты здесь делаешь? — выругалась я, бледнея и краснея одновременно.

— Искал тебя, — ржал парень, не отрывая взгляда от моего полуобнаженного тела.

— Волк! — крикнула я сердитым убийственным голосом, — прекращай скалиться и вали отсюда, пока у меня терпение не лопнуло!

— Ну-ну, — продолжал лыбиться парень, — и тогда ты ринешься в бой, чтобы задушить меня этой тряпицей? — он ткнул в часть костюма, — или лучше той! — скосил глаза в сторону спинки стула, на котором висел мой бюстгальтер нежно-розового цвета.

— Специально под трусики выбирала? — округлил парень глаза, — было бы здорово посмотреть, как он на тебе смотрится!

У меня закончился запас терпения, и свободной от юбки рукой я запустила в парня первым попавшимся предметом. Оказалось, что это стеклянный пузырек с тональным кремом, который просвистел в воздухе и задел Волку бровь.

— Ааа! — заорал он — Ты же мне в лицо попала, ненормальная!

— Не фиг было пялиться и лезть со своими пошлыми предложениями! — огрызнулась я, боясь пошевелиться, хотя отчаянно хотелось каким-нибудь образом загладить свою вину перед парнем и убедиться, что ничего ему не разбила. А вдруг бы попала в висок, что тогда? Верная смерть?

— Дикая и есть! — огрызнулся напоследок Волк, покидая гримерку и прижимая рукав к окровавленной части лица.

— Ты чего так… ого! Что случилось? — услышала я голос Домового и чуть не сгорела со стыда.

— Царапина!

Встречный вопрос, который я не успеваю разобрать из-за скоростного одевания.

— Спроси у своей ненормальной! — слышу ответ Волка и быстрые шаги Домового к гримерке.

Да что же это такой! — возмущаюсь про себя, натягивая через голову топ прямо на голое тело, — им тут медом намазано, что ли?