– Маргариточка, Коль, идем быстрее на улицу!
– кричала она.
– Идем! Идем!

Над старой большой березой кружила пара настоящих аистов. Потом один из них сел на шину, выбросил оттуда проволоку, что оставил Николай, чтобы прикрепить керамических птиц, плоскогубцы и молоток. К аисту подлетела подруга. Птицы важно покивали головами, словно что-то обсуждая, огляделись, поднялись, улетели, но ненадолго. Вскоре аисты вернулись, неся в клювах прутья для гнезда.

Тетя Катя, стоя на крыльце, сказала:

– Вот и вернулось к нам наше счастье....

А керамические аисты, что привез Николай, так и остались стоять под березой.

В начале осени Маргаритка родила девочку. Как и предсказал врач: большую, крупную. Рожала женщина опять в П-ве, рожала долго, тяжело. Вся измучилась. Извелся за это время Николай. Хоть и говорили врачи, что нет угрозы жизни ни ребенку, ни матери, все идет нормально, он очень переживал, весь издергался, вспоминал кошмары Маргаритки, звонил каждые полчаса, и больше всего боялся, что может потерять кого-нибудь из них.

Наверно, согласно теории вероятности, в роддоме оказалась на дежурстве та самая молодая врач-гинеколог Таисия Илларионовна. Маргаритка, которая мучилась уже длительное время, сразу при ее появлении взбодрилась. Тася, пришедшая на ночное дежурство, тут же подошла к Маргаритке и не отходила, пока та не родила. Именно она первая взяла на руки новорожденную девочку. Маргаритка дергалась, почему не кричит ребенок.

– Сейчас закричит, - уверенно ответила Тася.

Взволнованной маме показалось, что Тася что-то шепчет над ее дочкой, вдыхает жизнь. А потом, рассердившись, что ребенок молчит, шлепнула по попе, размахнулась и очень сильно шлепнула. Маргаритка, и откуда только взялись силы, поднялась и села на родильном столе.

– О! Прямо тигрица, - удивленно проговорила Тася.
– Ложитесь, Маргарита, немедленно ложитесь...

Дальше Маргаритка не слышала ее слов, потому что раздался громкий возмущенный детский вопль. Кричала девочка. Мама ее легла и заплакала слезами облегчения. Жива дочка! Жива! Потом встрепенулась:

– Коле, надо позвонить Коле. Он волнуется.

– Уже не волнуется, - ответила пожилая акушерка.
– Вы простите меня, мамочка, но я ответила по вашему телефону, что вы родили. А то ваш муж без перерыва звонил.

– Спасибо, - ответила женщина, вытирая слезы.

Ох, не знала Маргаритка, что и Николай в это время тоже плакал. Стыдно было, но плакал. А потом решил прямо ночью ехать к жене, к своей Маргаритке. Костик уже второй день был у бабушек. Но позвонила Надежда, радостный Николай ей все доложил: да, родила час назад Маргаритка, девочку, вес четыре восемьсот, пятьдесят один сантиметр, как назовут, еще не знает.

– Я очень рада.

Надежда облегченно вздохнула, словно она сбросила с плеч тяжесть. Николай хотел сказать, что поедет прямо сейчас к жене, но не успел.

– Коля, - прозвучал в трубке строгий голос бывшей актрисы.
– Я знаю, что вы хотите ехать сразу к жене. Не надо этого делать.

– Почему?
– удивился Николай.
– Маргаритка будет рада.

– Маргаритка ваша мучалась весь день. Пусть она поспит ночью. Отдохнет. А то вы явитесь, в роддом все равно не пустят, придется спать в машине, а Маргаритка будет волноваться, сна сразу лишится. Кстати, давайте завершать наш разговор. Я так думаю: сейчас очередь Маргаритки с вами поговорить. Она наверняка уже в палате и сейчас по телефону вы от нее получите за то, что разговаривайте не с ней, а неизвестно с кем. Держитесь, Колька любименький.

Надежда отключилась. И тут же начала звонить Маргаритка.

– Ага! Любименький мой! Я тут мучаюсь, рожаю, а ты с женщинами говоришь по телефону, - шутливо начала она.

Маргаритка имела в виду пожилую акушерку. А Николай тут же доложил, что это он с Надеждой говорил. Жена рассмеялась и сказала, что с Надей разрешает ему говорить, сколько хочет. Еще можно с Олеськой и Золеной. Остальным женщинам она не доверяет. Николай улыбался, слушая такой привычный родной голос. Жена рассказала все: и как ей было больно. Как пришла Тася, как шлепнули их дочку, как малышка громко кричала. А потом Маргаритка зевнула и призналась:

– Коль, я так спать хочу. Ты не обидишься, если мы с тобой подробно утром поговорим. Я позвоню...

– Конечно, конечно, - заверил Николай.
– Отдыхай, моя полевая фея, моя железная тростиночка...

– Ты позвони всем нашим, - попросила жена.
– Я уже сплю наполовину. Тете Кате обязательно первой позвони... Она теперь вся извелась... Все, Коль, все мой любименький... Я буду баиньки...

– Маргаритка, я тебя люблю!
– успел крикнуть Николай и услышать короткий смех жены.