Однако в секторе «Ф» необходимо соблюдать правила и субординацию. Нигде не надо, а тут прописная истина. Одежда должна рассказывать о тебе. Страшнейшая чушь, но я никогда не спорю на такие темы.

Для достижения целей можно использовать что угодно. Когда знаешь такие простые вещи, на многое смотришь куда проще. Умение стать кем-то на поверку, весьма полезная штука. Сейчас я элитная лошадка, чья-то собственность, опасный инструмент, заточенный под определенный вид услуг — охотника. «В ней много адреналина, любовь к недешевой выпивке и готовность сбросить пар после трудного рейда», — вот что он думает обо мне, этот расфуфыренный кобелек за рулем, никогда в жизни не покидавший периметра. Слово «опасность» светится на мне большими красными буквами, поэтому я так притягательна, но он немного трусоват и не притормаживает, хотя по случаю обязательно прихвастнет приятелю смелой выходкой. Но встреть он меня в другой одежде и на улице, например, в секторе «Р», где живут трудяги среднего класса, даже не взглянул бы в мою сторону. Хотя, если подумать, что ему там делать? А если переодеться в вызывающе короткое платье и сесть за руль такой же вот машинки, я стану чьей-то подружкой. Пустоголовой штучкой номер дцать, например, у достаточно богатого «папочки». Яркой конфетной оберткой, но ровно до того момента, как конфета будет съедена.

Я спустилась по лестнице, свернув с основной трассы, подождала состав. Электропоезда в центре напоминали мне яркие стрелы. Маленькие вагоны, быстрота и удобство. Ничего общего с тарахтящими, гремящими вагонами в секторе Б или Л. Даже сидения другие. Мягкие, гладкие, синие или красные. Я села, уставилась в окно, занимаясь мысленным самовнушением: «Ехать минут семь. А ты в городе счастья. Здесь не может быть случайных людей, да еще с такими мрачными лицами. Расслабься, наконец, хотя бы внешне, и улыбайся, черт тебя дери!» Непроизвольно дернулось плечо, выдавая остаточное раздражение. Так люблю я сектор «Ф» или ненавижу его? По крайней мере, я не боюсь оставлять здесь племянницу.

Дом, в котором жил Марк, выглядел сказочным дворцом. Так я себе представляла замки, когда была маленькой. Огромное здание, которое возносилось вертикалью строгого силуэта. Прекрасное, блистающее гранями в лучах солнца: стекло, сталь и пластик, оно вызывало священный трепет, тоску по недостижимому благополучию, воплощенные мечты. Да, думаю так.

Первое, что бросалось в глаза, когда двустворчатые двери приветливо распахивались перед тобой — холл. Высота потолка под сто метров, площадь, пожалуй, вся тысяча. Над головой проходят тонкие тросы, удерживающие компактные пластиковые коробки автоларьков. Удобно. В них всегда можно купить сигареты, цветы, всякую мелкую ерундовину. Щелчок кнопки на одной из многочисленных палок-стоек, что для удобства натыканы по всему холлу, и кабина с антигравитационной установкой зависает над головой, а потом мягко спускает панель для ввода кода. Если клиент подтвердит платежеспособность, то купленное будет незамедлительно доставлено прямо в руки. Высший пилотаж.

Одна такая покупка просвистела рядом с моей головой. Я грубо выругалась. Миловидная блондинка, приехавшая на встречу с «папиком», негодующе покосилась, но промолчала и протянула руки к «подарку». Я вздохнула, изобразила для нее легкую улыбку. Вроде как не сержусь, и вы не гневайтесь. В ответ получила похожую гримаску, на том и разошлись.

В холле всегда светло. Обилие стекла создает достоверную иллюзию легкости, поэтому конструкции не выглядят массивными, стены струятся блистающим ажурным кружевом и помещение наполняется мерцающим воздухом. Вечером включается подсветка. Тогда снаружи дом выглядит хрупким хрустальным сосудом, сияющим во тьме. Эффектное зрелище. Ведь на нашем полушарии ночи беззвездные и очень темные.

Помню, когда я первый раз увидела дом, то была поражена до глубины души. Даже слов подходящих не смогла подобрать. Чистое физическое блаженство, возникшее от созерцания чуда. В секторе, где я прожила большую часть жизни, домишки напоминали кособоких кое-как собранных из кубиков уродцев. Из современных материалов, конечно, но в сравнении с небоскребами сектора «Ф» сарай сараем.

Временами я обожала это место, временами ненавидела. Правда, сложно поддерживать огонь злобы на должном уровне, глядя на стены, с их утонченными узорами, на мозаику пола блестящего настолько, что вы в нем отражались. А фонтан посредине, вокруг которого стояли лавочки для отдыха? А маленькие кафешки, магазины, летающие автоматы? А целая шеренга лифтов, с дверями, отделанными под натуральное дерево, хотя черт его знает, может натуральное? Узкие на первый взгляд кабинки и такие вместительные на самом деле, украшенные разными витыми штуковинами и клепками. Мир, в котором просто нельзя чувствовать себя плохо, но можно неуютно.

Я подошла к лифту и нажала на кнопку вызова. Сзади пристроилась еще два или три человека. Они показались мне толпой. Я оглянулась. По холлу неспешно бродили люди. Кто-то сидел около фонтана с лэптопом в руках, одна парочка прогуливалась вдоль мини аллеи: зимний сад, магазинчики, кафе, еще немного зелени, к лифту и обратно.

Откуда взялись очереди на посадку? Надо спросить у Марка, не случилось ли чего.

«Слышали, — обратилась к соседке, стоявшая за мною женщина, — дом на пятой улице. Он внезапно вышел из строя. Что-то глобальное в системе. Говорят, что жильцам приходится съезжать. И даже, вроде как, его не смогут починить. Представляете, какой ужас? А что, если такое случится с нашим домом?»

Ее соседка сочувственно закивала, начала отвечать. Я отключилась от их болтовни, ушла в себя. Что еще за фигня? Если разрушения коснулись сектора «Ф», это конец. Марк должен знать. Он всегда знает.

Двери открылись, я шагнула внутрь. Нажала кнопку. Мне на самый последний. Марк любит высоту. Я ненавижу. Представляю, что будет, если системы однажды накроются. В доме, конечно, есть лестницы. Но подниматься или спускаться по ним, то еще удовольствие при таких высотах. Бедняга Марк. Я тихонько фыркнула, представив его пунцовое от натуги лицо и настроение мое улучшилось.

Коробка лифта представляла собой стеклопластиковый цилиндр, из которого по задумке архитектора, при подъеме нужно любоваться открывающейся панорамой. Некоторые ловили кайф, мне было до жути, полуобморока страшно. Я концентрировалась и прилагала массу усилий, чтобы не вцепиться в декоративные поручни или не заорать от ужаса. Лифт двигается очень быстро. Кажется, взмываешь в небо, получив дружеский пинок под зад, а потом словно пробка из бутылки шампанского — пуф! Улетаешь в неизвестность.