Бус несколько раз безуспешно попытался связаться с Гектором и с Велимиром. Но то ли Гектор намеренно выключил на борту челнока устройство, позволяющее усиливать и передавать сигнал на корабль, то ли сам попал в еще большую беду, неизвестно. Осталась загадкой и мотивация действий Гектора. Кто же он на самом деле, крыса или жертва паники? Новые и новые вопросы присоединялись к длинному списку тех, что пока оставались без ответов. Показания ручного навигатора говорили, мы идем на северо-восток. И прошло около пяти часов, прежде чем незнакомец знаком приказал нам остановиться.

— Эти твари, — почти сразу задал мучивший его вопрос Бус, — они не могут преследовать нас?

— Нет, — наконец, соизволил поговорить с нами проводник, — у них есть охотничья территория. Когда мы пересекли ее границу, то стали им неинтересны. Они активно защищают свой ареал, но охотятся в его же пределах. Слэй-ю часто вступают в территориальные войны друг с другом. Они живут стаями, чем и опасны. Но, хватит о них. Сейчас вам стоит немного передохнуть. Не забывайте, маски снимать нельзя. Придется еще потерпеть. Часа через три дойдем до побережья, там станет полегче. Как я понимаю, связи с челноком нет? А вы уверены в том своем человеке? У него был приказ улететь с грузом в случае опасности?

— Нет, — ответил Бус неохотно. Незнакомец кивнул, словно ждал этого:

— Один из вариантов. Ладно, разберемся. Жаль вашего товарища. Здесь скверное место, да и от нашего прошлого величия в принципе мало что осталось, — незнакомец хмыкнул, и мне показалось, он издевается над нами. Но последующие его слова заставили напрячься всех, — хищники не самое большое зло, уж поверьте.

— Кто вы? — Снова спросил Бус. Игра в загадки ему порядком надоела, я хорошо улавливала проскальзывающее в голосе раздражение.

— У вас на борту, как минимум один предатель, — проигнорировав вопрос, сообщил незнакомец.

— Как минимум? — Теперь в голосе Буса зазвучал неприкрытый гнев.

— Как минимум. Потому что второй человек наш.

— Что?! — Никогда не слышала в голосе Буса таких интонаций. Он посмотрел на меня.

— Нет. Она ни при чем. Хорош трепаться. Думаю, минут двадцать стоит посидеть молча. И отдохнуть.

Люди, которые больше не были командой, скорее группкой морально раздавленной событиями дня, послушно сели там, где указал незнакомец. Я осталась стоять. Марта, когда усаживалась, демонстративно повернулась ко мне спиной. Я опустила голову, чтобы не видеть подчеркнутого презрения. Жалела ли я о Марате? О добродушном, шумном здоровяке, чья прямота и простой, грубоватый юмор так нравились Кабо и Льву Валерьянычу?

— Таб! — Я повернулась к Бусу, — тебе необходимо отдохнуть.

Вопреки ожиданию, в его голосе я слышала лишь печаль, никакой злости.

— Я не устала, старпом, — тихо ответила я.

— Тварь не стоит такой заботы, Бус, — прошипела Марта, перебивая меня.

— Это был несчастный случай, — сказал Гай. Его все еще немного потряхивало после бега наперегонки с ящерами.

— Тупая овца, эта тупая гребанная овца, стояла как вкопанная, а он, он…— Марта начала раскачиваться взад вперед, а потом ее плечи мелко затряслись. Бус передвинулся к ней и неловко обнял. Гай тяжело вздохнул.

Незнакомец обратился ко мне:

— Ты действительно не устала?

Я помотала головой.

— А голод?

— Поела перед отбытием.

— Хорошо, — он замолчал.

Самыми тяжелыми стали последние часы пути. Джунгли, казалось, бесконечными, день неестественно длинным, а мир вокруг сплошь состоял из ловушек. Но когда лес неожиданно разошелся, словно раздернутые в стороны полотнища, и побережье показалось во всем его великолепии, у меня захватило дух. Океан простирался до горизонта. Его темно-синяя гладь морщилась от свежего и сильного ветра, поднималась пушистыми гребнями волн и набегала кружевными складками пены на песок, тут же испуганно отступая. Воздух сильно пах чем-то горько-терпким. Там, где небо соприкасалось с водой, нависала огромная, в полнеба планета-спутник Капао — Сана. Необычайно яркая и близкая, она давала столько отраженного света, что ощущения сумерек не возникало. На побережье было гораздо прохладнее. Исчезла духота, взвесь приторных ароматов, запах сырости, гнили и дышать сразу стало легче.

Незнакомец, не давая остановиться, повел нас вдоль полосы прибоя. Я приободрилась, снова почувствовала вкус к жизни, да и остальные добровольно ускорили шаг. Ветер трепал наши волосы: небрежно разбрасывал по плечам, зло кидал в лицо, нежно поглаживал и снова шаловливо перебирал.

— А здесь когда-нибудь темнеет? — Крикнул в спину незнакомца Гай.

— Да, но никогда не бывает слишком темно, — не оборачиваясь, ответил тот.

— Что это? — Бус остановился и вытянул руку вперед.

Я проследила взглядом за его рукой. Дальше по побережью, где-то метрах в пятистах, виднелись какие-то сооружения. Незнакомец, перекрикивая ветер и шум прибоя, прокричал:

— Поселок охотников. Именно туда мы идем. Осталось немного. Вперед!

Бус догнал его и зашагал рядом:

— Когда вы хоть что-то разъясните нам?

— Очень скоро, — незнакомец на ходу обернулся и посмотрел на меня, — правда, не думаю, что вам понравится мой рассказ.

Бус тоже обернулся. Потом спросил: