— Где она?

— Кто — она?, — почти теряя сознание от боли, пролепетала женщина.

— Твоя дочь.

— Не знаю.

— Где она?

— Я не знаю, клянусь…

— Интересно, чем же.

— … клянусь именем Господа!!

— В самом деле? Именем этого лжеца и предателя? Где он сейчас? Нету. Ему совершенно наплевать, что я с тобой сделаю, — саркастически произнёс Гавриил, демонстративно закатывая глаза.

— Уходите.

— Скажи где она и я уйду, — с улыбкой произнес Гавриил, — хватит ломать комедию. Мне не нужны ни вы, ни ваша дочь — только МОЕ кольцо, которое сейчас сидит у нее на пальце, — колдун нагнулся и ухватил женщину за волосы, приставив ее лицо к своему, — представляете, как бы мне не хотелось отбирать ВСЮ руку у вашей дочери? Будьте разумными, скажите, где она — и я оставлю вас обеих в покое.

— Убей меня.

— Эх, глупость — качество присущее всем людям, — Гавриил сплюнул, — с превеликим удовольствием я, наконец, выполню ваше пожелание.

Человек в черном сделал еще один шаг к обессилившей жертве. Одним щелчком пальцев колдун заставил лежащие на столе ножницы взлететь и зависнуть в воздухе в двух метрах перед лицом женщины, искаженным гримасой боли. Последнее, что было в ее силах — издать крик. Пронзительный крик. Крик смерти.

— Где она?, — повторил свой вопрос колдун.

— Не найдешь.

Стальные края пробили толстую черепную кость, дойдя до мозга и пронзив его. Фонтан крови брызнул на стены, мебель, ковер.

— Ты могла бы облегчить мне работу. Спи спокойно, я все равно найду её и заберу кольцо.

Колдун вздохнул. Что же все-таки привело его в этот дом сейчас, ведь он предчувствовал отсутствие кольца.

— Дьявол знает, что творится!— возмутился колдун. — Что за… Эй, что это?!

Кулон на шее женщины. Синий камень, вставленный в золотую оправу. Камень напоминал лунный, с золотым мерцанием в лазурных недрах.

— Невероятно, — колдун сорвал с шеи женщины цепочку. — Это здесь?

Опал засиял в алчных руках убийцы.

— Ну и семейка, — пробормотал Гавриил, сжимая камень в руке.

Послышался топот ног на улице. Видимо, кто-то увидел взломанную дверь, или услышал крик. Неважно, все равно они явно опоздали.

Маша шла по улице. Уже стемнело — время идти домой. День был грандиозным, наполненный неожиданными встречами — и весь день Маша была центром внимания. Все друзья и знакомые именно сегодня замечали, сколь хороша, умна и изящна она, сколько в ней шарма и обаяния, до чего ей к лицу любая одежда и драгоценности… Девушка порхала, как мотылек, купаясь в расточаемой лести, с каждой секундой расцветая все больше и больше.

Но бывает у каждого из нас, что в некоторый момент, когда всё идет, как по маслу, вдруг возникает чувство тревоги, хоть и слабой, но достаточной чтобы понизить настроение. Загадочная человеческая психика. Как может человек что-либо чувствовать, когда никаких предпосылок для беды нет? Какими физическими законами это объяснить? Маша испытывала что-то подобное. Словно молнией пораженная, замерла девушка, когда на входе во двор ей дорогу загородили двое милиционеров. Неужели ее предчувствия оправдались — и нечто ужасное произошло?

— Девушка, сюда нельзя. Назовите ваше имя и квартиру, мы предупредим ваших родственников, что вы ждете у входа во двор.

Маша не могла ничего понять. Потом один из милиционеров сказал ей два слова. Затем еще два. И все стало ясно.

— Мокрое дело. Убит человек.

Второй милиционер повторил вопрос, в какой квартире она жила.

— А кто погиб? Кого убили?

— Может вы сказать квартиру…

— Убита молодая женщина с первого этажа, — вклинился в разговор молодой сержант.

— А теперь скажи номер квартиры и мы сообщим, что вы пришли.

— А в какой квартире…

— Семнадцать. Довольно. А теперь пожалуйста номер вашей… Или же ждите, когда можно будет войти. Мед персонал осматривает место преступления и забирает труп.

"НЕ МОЖЕТ БЫТЬ… НЕ МОЖЕТ БЫТЬ"

Эти три слова жгли разум, как горячий металл.

— Может, вы ошиблись…

— Никаких ошибок быть не может.

Маша почувствовала головокружение. Нет, как же так…

— Эй, девушка.

Маша обернулась, размазывая слезы по лицу.

— Это кто-то из ваших родственников?, — участливо поинтересовался молодой сержант.

Маша молча кивнула.

— Не беспокойтесь; здесь уже слезами горю не поможешь… За вами кто-нибудь приедет?

Маша всхлипнула и снова кивнула. День окончился смертью.

— Неужели это настолько срочно, серьезно, чтобы нужно было меня беспокоить, прерывать мой отпуск, вызывать на работу весь персонал? Что тут, чёрт возьми, происходит?!