— Привет, — ответила, поставив молоко на стол, а бумагу на пол, прежде чем развернулась. — В машине куча покупок из магазина.

Он кивнул и последовал за мной наружу, забрав половину покупок за одну ходку. Мы молча двигались рядом, раскладывая продукты. Я слишком устала, чтобы разговаривать с ним.

После того как разложили все по своим местам, не сказав ни слова я отправилась в спальню. Впервые закрыла за собой дверь. Если детям понадобится что-то среди ночи, Шейн позаботится о них.

Я разделась до футболки и нижнего белья, прежде чем проверила Айрис, которая мирно спала в своей кроватке. Затем залезла в кровать.

Меня просто одолело уныние. Это было подходящее слово для описания. Мы так долго со всем справлялись, что я успокоилась. Не думала дважды, перед тем как посадить Келлера на стул. Я ненавидела это, но черт, ему нужно было просто заговорить. Мой желудок ухнул вниз, когда подумала о том, как он вел себя в школе. Что с ним происходило? Все было нормально, пока не спросила его о записке из школы. Я что-то упустила? Что сделала не так?

Дверная ручка дернулась, и я посмотрела в сторону двери, прежде чем закрыла глаза и натянула одеяло до плеч. Мне просто хотелось уснуть и начать все на свежую голову с утра. По утрам все выглядит гораздо лучше.

Через несколько минут услышала еще звуки у двери, и в неверии смотрела, как она распахнулась, а свет с коридора осветил голый торс Шейна.

— Ты не должна так делать, — сказал он тихо, проходя вперед и закрывая дверь. — Ты спишь со мной, даже когда злишься.

— А я не хочу спать с тобой, — ответила спокойно, неподвижно лежа под одеялом. Если он думал, что я просто проигнорирую события вечера, то сильно заблуждался.

— Когда ты зла, ты больше не должна уходить, — он обошел кровать и лег спиной ко мне, нас разделяла пара сантиметров.

Я фыркнула.

— Думал, что мы заодно, Кейт, — сказал Шейн. Раздражение сквозило в его голосе.

— Да, ну, я тоже.

— Что это должно означать? — он перекатился на бок и приподнялся на локоть, чтобы видеть мое лицо.

— Забыла о твоем нежелании, чтобы я наказывала детей, — ответила горько. — Никаких проблем, босс.

— Нет. Не начинай. Я, бл*дь, пытаюсь поговорить с тобой.

— Ты, вероятно, должен был сделать это прежде, чем заставил меня чувствовать себя полным дерьмом, — сказала я, тихо проклиная свой голос за дрожь. — Я не хотела, чтобы Келлер оставался на стуле, Шейн. Но если бы отпустила его, он бы понял, что может снова провернуть подобное.

— Я не знал...

— Ты не спросил. Просто пришел и выставил меня плохой, снова перечеркнув все мои слова. Я думала, что мы преодолели это. Какая я дура.

— Извини! — зарычал он. — Но ты не спасла ситуацию, когда просто ушла. Тебя не было несколько часов, Кейт!

— Ну, мне нужна была гребаная минута, чтобы привести мысли в порядок.

— Мне бы понадобилась помощь с нашим шестилеткой, который хранил гребаное молчание все время, что я пытался с ним поговорить, — его голос повышался, когда он подскочил на кровати, и внезапно плач Айрис заполнил комнату.

— Я возьму ее, — пробурчал мужчина, отбрасывая одеяло, прежде чем я смогла встать с кровати.

Его голос стал успокаивающим напевом, когда Шейн положил малышку на кровать и поменял подгузник, а у меня в горле образовался ком размером с Техас, когда он передал ее мне и лег... повернувшись спиной.

— Он ничего не сказал, когда ты пытался с ним поговорить? — спросила я через пару минут тишины.

— Нет. Просто уставился на меня, будто я придурок, — ответил он ровно.

— Боже, я задаюсь вопросом, что с ним? — Айрис выплюнула мой сосок, причмокнув. Я полагала, что она не голодна, просто зла, что папа ее разбудил.

Я положила ее назад в кроватку и забралась на кровать к Шейну, уставившись на его спину. Хотела вытянуть руку и коснуться, но все еще была зла и разочарована его отношением, когда он вернулся домой.

— Иногда я говорю херню, прежде чем подумать, — сказал он тихо, в его голосе звучало извинение. — До меня доходит это, и я извиняюсь. Но не могу сделать это, когда тебя нет, Кэти.

Я закусила внутреннюю сторону щеки, когда в глазах образовались слезы.

— Мне нужно, чтобы ты поддерживал меня в воспитании детей, Шейн. Без исключения.

Он не повернулся ко мне.

— Я буду. Если инстинкт говорит мне вмешаться, то тяжело остановить себя. Особенно, когда касается детей. Ужас, который я видел в приемных семьях...