"С помощью этих записей проще запутаться, чем получить целостное представление. Либо шпион гораздо умнее меня и понимает всё с полуслова, либо он действительно подслушивал мои разговоры с Роющим Псом".

Это предположение нуждалось в доказательствах. Манфред начал с того, что отправил в свой кабинет Луца и приказал ему читать вслух первую попавшуюся на глаза книгу. Сам егермайстер спустился этажом ниже в помещение, предназначенное для отдыха охранников. Пройдясь по комнате, Манфред прислушался, ожидая, что с верхнего этажа донесутся ещё какие-нибудь звуки, кроме невнятных шумов. Перемещение по комнате позволило определить точку, откуда удалось различить несколько отдельных слов, но не более того.

В целом, подслушивание могло иметь место, хотя назвать его эффективным язык не поворачивался. Егермайстер был осведомлён о системе прослушки, применявшейся в ряде помещений Моста Ангелов. Там использовались специальные слуховые трубы, вмонтированные в стены и потолки. С помощью них усиливался любой, даже самый слабый звук. Манфред стал простукивать стены, внимательно приглядывался к сучкам на поверхности досок, но не нашёл ничего похожего на приспособления для шпионажа.

Не думая сдаваться, он перешёл к изучению потолка, и здесь его ждал сюрприз: одна из досок легко поднималась и смещалась в сторону. Через образовавшуюся щель был отчётливо слышен голос Луца, монотонным голосом читавшего жизнеописание какого-то святого:

– ...и дабы не впасть во искушение, закрыл глаза свои повязкой, уши залепил глиной и внимал только слову Отца Несотворённого...

"Слышать и понимать - это разные вещи, - думал Манфред, пристраивая на место доску.
– Шпион должен владеть языком племени Куницы, причём неплохо владеть, иначе ему не вникнуть в суть наших с Роющим Псом бесед".

В самом предположении о том, что агенту известен язык одного из дикарских племён, не было ничего невероятного. Поразмыслив, егермайстер решил, что такой человек появился здесь после того, как агент, или агенты поняли, на каком наречии общаются руководитель проекта "Напарник" и его ближайший помощник. Никак не раньше. Это ограничивало круг поисков теми из сотрудников, кто прибыл в Озёрный Замок уже после старта проекта. К тому же, переводчик с языка племени Куницы должен иметь непосредственное отношение к охране, иначе ему непросто получить постоянный доступ в комнату отдыха.

"Пора выяснить, как там себя чувствует сержант Ладвиг, - решил Манфред.
– Помимо ловли шпионов у меня есть и другие дела, гораздо более важные".

Егермайстер отправился в блок для постояльцев, убедился, что вокруг камеры 38 стоят посты и приказал одному из надзирателей найти Адольфа. Помощник появился раньше, чем рассчитывал Манфред, и настроение руководителя проекта немного улучшилось:

– Я рад, что ты не подвёл меня, Адольф. Докладывай.

– Восемь человек несут круглосуточное дежурство, мастер. Четверо здесь, ещё четверо ярусом выше. Все люди, включая персонал, перенаправлены в обход тридцать восьмой камеры.

– Хорошо. Проблемы были?

– Нет.
– Ответил помощник, но в следующий момент досадливо поморщился и уточнил: - Можно сказать, что - нет.

– А если подробнее?
– Попросил егермайстер, которому очень не понравились слова Адольфа.

– У ребят, несущих ночную службу возле камеры сержанта, внезапно прихватило животы. Пришлось им отлучиться по нужде. Хуже всего, что они сделали это не поочерёдно.

– Ты хочешь сказать, что какое-то время коридор никем не охранялся?

– Да, мастер. Но они вернулись сюда так быстро, как только смогли. Даже заглянули в окно камеры, чтобы проверить, всё ли в порядке.

– Болваны.
– Сквозь зубы процедил Манфред.
– Мало того, что оставили пост, так ещё и другое моё распоряжение не выполнили. Я же приказал не беспокоить Ладвига ни в коем случае.

– Прикажете наложить на них взыскание?

– Непременно.
– Ворчливым голосом произнёс егермайстер.
– Вычти у каждого из жалования, чтобы в следующий раз заботились не о чистоте штанов, а о выполнении поставленной перед ними задачи. У нас здесь нет недостатка в чистой питьевой воде, но стражники предпочитают пить всякую дрянь. Не удивлюсь, если и на этот раз всему виной оказалась выпивка сомнительного качества. Ещё бы выяснить, какими путями она попадает на строго охраняемый объект.

– Прикажете мне этим заняться?

– Не сейчас. Тебе есть, что доложить о состоянии здоровья сержанта? Он пытался общаться с охраной? Высказывал какие-нибудь просьбы?

– Нет, мастер. Из камеры не доносилось ни звука. Я предупредил своих людей, чтобы они фиксировали все подозрительные шумы. Вы не отдавали никаких дополнительных приказаний по поводу питания постояльца. Мы не стали приглашать его в столовую. Еду принесли прямо в камеру. Я взял на себя такую ответственность. Ладвиг лежал на кровати, моё появление оставил без внимания.

– Хорошо, Адольф. Вопрос с питанием действительно вылетел у меня из головы. Ты поступил правильно. Охрана останется здесь вплоть до моего особого распоряжения. Они не должны покидать пост, ни при каких обстоятельствах. Приказы им могут отдавать только два человека. Я и ты. Кто бы ни пришёл к тебе от моего имени, знай, что у него должен быть письменный приказ. В противном случае ты имеешь полное право не подчиниться. Теперь о том, каким способом ты будешь докладывать мне всё, что сочтёшь нужным сообщить...