Я спустилась на стадион, оставив Зевса возле скамеек, зашла на склад и взяла метлу. Интуитивно, я села на нее и взлетела, поднимаясь все выше и выше, туда, где еще сегодня ночью, меня ждали звезды. В какой-то момент, послушная ранее, метла взбрыкнулась, и понеслась со мной вниз. Я наслаждалась потоками ветра, бьющимися в лицо. Земля стремительно приближалось, но страшно не было. Я ногами сжала древко метлы и раскинула руки в стороны, встречая свою судьбу без сопротивления. Но упасть мне не дали. Альмира спасла меня, а после ругала за выход на поле без нее и вообще без присмотра. Я равнодушно слушала ее речи. Наконец она закончила, и я пошла в свою комнату. Мне было скучно тут. Я решила уйти.

Я осмотрела комнату, решая, что мне может понадобится...по всему выходило, что ничего. Я наклонилась к Зевсу.

– Я не вернусь сюда. Тебя с собой не беру. Ты тоже отныне свободен.

И прежде, чем пес успел что-либо сказать, представила лешия Горна. Я буквально рухнула к его корням, а потом поднялась, похлопала его по стволу.

– Привет, -сказала я, и пошла прочь.

Легкое платье совсем не грело, но я не чувствовала холода, и лишь легкая прохлада касалась моего тела. Ноги увязали в грязи, перемешанной со снегом, но я упорно шла, сама не понимая куда.

Я шла долго, пока обессиленная не рухнула и не отключилась.

Я лежала на мягкой кровати, но мои руки были привязаны над головой. Я приподняла голову, ага, не цепь. Значит не враги. Значит сбежим. Я начала пытаться перетереть ремни.

– Не выйдет, -сказал знакомый голос, и я увидела Ральфа.

Рядом с ним сидел Арманд. Да, видок у них тот еще был. Такое ощущение, что не я, а они по лесу бродили.

– Зачем я здесь?
– спросила я, равнодушно уставившись в потолок.

Обыкновенная лепнина. Ничего интересного. Пришлось вновь посмотреть на мужчин.

– Для твоей безопасности, -сказал Арманд, сжимая кулаки.

– Почему вы здесь?
– вновь спросила я.

Мужчины замолчали, переглядываясь, потом вампир с психом подскочил и вмиг оказался рядом, касаясь своими губами моих.

– Зачем?
– прохрипел он, ударяя кулаком стену над моей головой.

Крошка посыпалась на меня. Силен вампирчик.

– Вы не ответили, -терпеливо сказала я, разговаривая с ними, как с одаренными гениями: терпеливо и шепотом.

– Потому что мы любим тебя. Потому что ты дорога нам. Потому что хотим быть с тобой. Выбирай любой вариант, -сказал Ральф.

Я великодушно кивнула, выбирая.

– Третий, -ответила я, облизывая губы.

Кажется, моему организму хотелось пить, но жажды я не испытывала. Или не пить, а мужчин хотелось...странно.

– Что?
– поперхнулся вампир, нависая надо мной.

– Потому что хотим быть с тобой, -повторила я.
– Я тоже хочу секса. Или не секса. Нет, наверно секса.

Рассуждала я, под темнеющим от гнева взглядом вампира.

– Арманд, успокойся, -сказал Ральф.
– Настя, как ты себя чувствуешь?

– Странно, кажется меня связали и не трахают, я разочарованно, господа, -с усмешкой сказала я.

Вампир выскочил за дверь, хлопнув дверью, штукатурка осыпалась повторно.

– Настя, мы найдем способ вернуть тебя, -с нежностью сказал оборотень.

– Вы-свободны. Я -свободна... была. Оставьте меня в покое, -проговорила я, следя за реакцией мужчины.

Тот замер и с болью посмотрел на меня.

– Прости, любимая, но не оставим. Потерпи, мы все исправим, -сказал он и вышел.

Не поняла, что пошло не так!? Мы должны были утерять чувства. Они должны были забыть меня. А они меня любят, как так?! Я в шоке смотрела на потолок, не понимая, что случилось. Все внутри сжалось...Ой, нет, только не чувства, не хочу. Я вновь представила звездное небо. Вспомнила как манили звезды, как было спокойно и хорошо. Я закрыла глаза, и не заметила, как вернулся Арманд.

– Объясни мне, почему ты согласилась на обряд? Что мы сделали не так? Мы бы исправились, Настя, надо было лишь сказать...- с болью сказал вампир.

Я упрямо молчала, представляя небо, звезды, ощущая, как сквозь них прорывается раскаянье. Нет, не хочу.

– Пожалуйста, уйди, -прошептала я, ощущая росчерк слезы на щеке.

– Настя, я должен знать, что я сделал не так?
– прошептал он.

Я посмотрела на вампира. Ну за что?! Почему я опять делаю ему больно. Я же должна была избавить его от чувств ко мне.