– Нет, так не пойдет, -сказала садистка, и взяла в руки щипцы.

Я с ужасом следила, как она подносит их к моим ногтям и вырывает. Боль была такой, что я обмочилась. Я кричала и визжала, моля прекратить. Было не до гордости, лишь животный ужас подгонял меня. А эльфийка уже одну мою руку лишила ногтей, когда послышался рык.

Я сквозь призму боли, рассмотрела огромного серого волка, который с застывшей болью в глазах смотрел на меня.

– Убей меня, -прошептала я, надеясь на быстрое избавление.

Волк вздрогнул и перевел глаза, горящие алым на эльфийку и кинулся на нее. Та завизжала, прячась за эльфа, того первым и разорвал волк, а затем его окровавленная морда замерла, немигающие глаза смотрели на Мерику, давая той познать ужас ближней кончины. Мерику трясло, и она, выставив перед собой плоскогубцы, попыталась ударить волка. Тот лишь рыкнув, отплюнул спустя секунду ее руку. Мерика закричала от боли, а волк уже прыгнул вновь, отрывая ее голову от плеч.

Несколько секунд он постоял на обезглавленным телом, а потом повернулся ко мне.

Боль не отпускала меня, и я как избавления ждала смерти. Я прикрыла глаза, чтобы не видеть морду волка, с которой еще капала кровь убитых им эльфов.

– Я готова, -сказала я, ощущая, как приблизившийся зверь дышит мне в лицо.

Я чуть отклонила голову, оголяя ему шею. Зверь не шевелился, лишь тяжко дыша. Я в недоумение распахнула глаза, встретившись с темно-карими глазами волка, почти черными. Он словно в душу смотрел, и мне не было страшно. Казалось, что он забирает мою боль. Я смотрела, а он прижался носом к моей шеи лизнул, словно пробуя на вкус, а потом зарычал, когда ощутил, как я испуганно дернулась. Я напряглась, а он лизнул порезанную щеку, а потом аккуратно начал лизать пальцы, лишенные ногтей. Я шипела от боли, но связанные руки не отдёрнешь. Вылизав мне пальцы, волк остановился и скуля посмотрел мне глаза. Я ощущала, как боль утихает, на подсознании вспоминая, что раны звери зализывают, и похоже волк убивать меня не собирается. Тем временем волк положил мне голову на колени, а потом он отошел и словно воздух вокруг него зашевелился, закрутился и вместо оборотня, передо мной предстал обнаженный Ральф.

Когда он встал с коленок, то сразу кинулся ко мне.

– Жива, жива, -повторял он, целуя мое лицо. Потом его лицо исказилось от боли, когда он увидел мою руку.

– Убью, -проревел он.

– Уже, -прошептала я.
– Освободи меня.

Оборотень тут же снял с меня оковы и понес прочь из пыточной.

– Тут Альтар...Он пытался спасти меня. Помоги ему, -проговорила я в шею Ральфа, вдыхая такой родной запах.

– Хорошо, но в начале я перенесу тебя к Арманду. Его кровь исцелит тебя, а я вернусь за мальчишкой.

Я послушно затихла на руках моего мужчины. Он пронес меня через окрашенные кровью растерзанных тел залы, и мы вышли на улицу. Мне стало холодно, а мой оборотень, шагал обнаженным по морозу и словно не замечал происходящего вокруг. Вдруг он остановился.

– Здесь уже действует наша магия, -прошептал он мне в макушку, и мы перенеслись в комнату, где я спала у вампира.

В комнату буквально через пару минут влетел вампир и в шоке уставился на меня.

– Что? Как? Откуда?
– пролепетал он, а затем надкусив руку, притянул к моему рту свою кисть, давая испить свою кровь.

Я послушно пила, в который раз ощущая, как чешется поврежденные места, заживая и стягивая раны. Я ощутила, как проросли ногти. Это больно. Но этой боли я даже была рада. Я жива, здорова и цела. Все хорошо!

Арманд выведывал у Ральфа подробности, а я просто засыпала, ощущая, как тело расслабляется, а по щекам непроизвольно бегут слезы.

Я проснулась отдохнувшей и счастливой. Меня обнимали два моих любимых мужчины, а у камина лежал Зевс. Я поднялась, и аккуратно избавившись от рук и ног мужчин, побрела в ванную, а Зевс увязался следом. Я набрала ванную и заполнила ее мыльной пеной. Мое тело с удовольствие погрузилось в водную стихию, а я, закрыв глаза, слушала как меня отчитывал пес. Особенно позабавило меня, что он назвал меня бестолочью и сказал, что привяжет к своему хвосту. Я рассмеялась и брызнула в него пенной шапкой. Пес обиженно замер с бородой из мыла на морде.

– Иди вытру, -сказала я.

Зевс недовольно подошел, а я, не выдержав, расцеловала его. Пес в начале пофыркал, а потом ответил мне своим собачьим поцелуем. Успокоившись, я выбралась и посмотрела на себя в зеркало. Последнее событие, казалось, что никак не отразилось на мне, и лишь в глубине глаз застыл страх. Сейчас, стоя обнаженной перед само собой, я понимала, что не скоро рискну покинуть защищенную комнату моего вампира. Мир оказался интересен, необычен, но жесток. В таком мире мне не хотелось прибывать, но выхода не было...

Я завернулась в полотенце и вернулась в постель к любимым. Ральф тут же взял меня под свое крыло, и я ощутила, как за моей спиной мирно вздымается его грудная клетка, а в ней стучит сильное любящее сердце. Арманд же коснулся моих губ и взял за руку, изучая меня сквозь прищуренные веки.

– Все хорошо, -прошептала я.

– Ты уверена? Может тебе дать время...побыть одной. Или нам спать отдельно?
– спросил мой вампир.

Я погладила его по щеке, удивляясь ее гладкости. У Ральфа сейчас была видна щетина, а у вампира прям как младенческая кожа: мягкая и с нежным пушком почти незаметных волос.